Фамилия Ремова обычно вызывает ассоциации с древнеримской историей — вспоминается Ромул и Рем. Однако прямой связи с основателем Рима тут нет, хотя корень действительно латинский. В основе фамилии лежит редкое церковное имя Рем, которое пришло в святцы из латыни и переводится как «веселый». Это имя было нечастым, поэтому и фамилия, от него образованная, встречается не повсеместно, а скорее точечно.

Словообразовательная модель здесь классическая для русских фамилий: суффикс -ов- присоединялся к основе имени, чтобы указать на принадлежность роду. Ремова — это буквально «дочь (или жена) Рема», а в более широком смысле — «из семьи Ремовых». Фамилия закрепилась за потомками человека по имени Рем, и со временем форма притяжательного прилагательного перешла в разряд фамилий, потеряв свое прямое значение.

Имя Рем в дореволюционной России не было простонародным. Чаще его давали в среде духовенства, где любили редкие и благозвучные имена из латинских святцев. Поэтому версия о том, что основатель рода Ремовых мог принадлежать к духовному сословию или близкой к нему среде, выглядит правдоподобной. Впрочем, нельзя исключать и случайное появление имени в крестьянской семье, где следовали церковному календарю, не вникая в этимологию.

Самый известный носитель фамилии — Николай Фёдорович Ремов, принявший в монашестве имя Варфоломей. Его биография необычна даже для XX века. С 1921 по 1935 год он был викарием Московской епархии с титулом епископа Сергиевского, а затем архиепископа. Но параллельно с 1933 года он оставался тайным викарием для католиков восточного обряда в Москве, подчиняясь апостольскому администратору. Такая двойная церковная юрисдикция — уникальный случай в истории русской церкви, и она добавляет фамилии Ремова неожиданный исторический оттенок.

Если анализировать фамилию по звучанию, она легко путается с фамилией Ремизова или Ремнева, но происхождение у них разное. Ремнева связана с ремеслом или деталью упряжи, а Ремова — исключительно с личным именем. Так что носительница фамилии Ремова может с уверенностью возводить свою родословную к человеку, которого в метриках записывали просто Ремом, и это имя, означавшее «веселый», давало надежду на легкий нрав его обладателя.