Фамилия Рицкий — один из тех случаев, где общий вывод о происхождении сделать легко, а вот точный путь каждого конкретного рода — уже задача для генеалога. Сама фамилия действительно представляет собой памятник еврейской культуры, и чтобы понять её природу, стоит посмотреть на неё через призму того, как вообще строили еврейские фамилии в разных общинах.

В ашкеназской среде (евреи Центральной и Восточной Европы) фамилии часто оформляли специфическими формантами: -сон/-зон (буквально «сын»), -ман («человек»), -кинд («ребёнок»), -бейн («кость»), -штам («ствол»), а также -ер и -с. Отдельного внимания заслуживают фамилии-аббревиатуры, самый известный пример — Кац. Это сокращение словосочетания «коhэн цэдэк», что с иврита переводится как «праведный коэн», то есть священнослужитель. Совсем иначе подходили к фамилиям горские евреи Кавказа: они заимствовали грузинский суффикс -швили («дитя»), а евреи Израиля нередко используют суффиксы принадлежности -ис/-ес, -и, приставку бен- («сын») и артикль рода га-.

На этом фоне форма «Рицкий» выделяется. Суффикс -ский — это не типичный еврейский формант, а скорее славянский, часто указывающий на географическую привязку: «из такого-то места». Поэтому правдоподобнее выглядит версия, что фамилия Рицкий возникла у евреев, живших на землях, где польский или русский язык влиял на местное делопроизводство. Основой могло стать название населённого пункта вроде Рица, Рицк или Рице. Такой способ — взять название местечка и добавить к нему -ский — был массовым в XIX веке, когда евреям Российской империи предписали иметь наследственные фамилии, и их часто давали по месту жительства.

Впрочем, возможен и другой поворот. Окончание -ицкий иногда путают с -ский, но если форма «Рицкий» восходит к польскому аналогу, там могла работать иная модель — от прозвища или имени. Однако для еврейской среды версия с топонимом остаётся самой естественной: она вписывается в общую картину фамильного творчества черты оседлости.

Безусловно, фамилия Рицкий — замечательный памятник культуры, но процесс формирования каждой отдельной семьи мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности. Окончательно говорить о точном времени и месте происхождения конкретной ветви Рицких можно лишь на основании серьёзных генеалогических исследований с привлечением метрических книг, ревизских сказок и архивных документов. Без них любая версия, даже самая логичная, останется лишь обоснованным предположением.