Фамилия Ростока — редкий пример того, как одно прозвище вобрало в себя сразу несколько, на первый взгляд, непохожих смыслов. Разобраться, какой из них лег в основу конкретной семьи, сегодня уже почти невозможно, но сами версии происхождения дают яркую картину жизни предков.

Начнем с самого неожиданного значения. По одной из версий, прозвище Ростока связано с нарицательным «растока» — так в некоторых говорах называли черствый хлеб или пирог, который подогревали и подпекали, чтобы вернуть ему мягкость. Если это так, то прозвище носило бытовой, даже ироничный оттенок. Скорее всего, предок обладателя фамилии был человеком небогатым, и основу его рациона составлял именно такой, подогретый на печи, хлеб. Прозвище могли дать за привычку, за образ жизни или просто в насмешку над скромным достатком.

Вторая версия уводит нас от кухни к географии. В том же слове «растока» видели и другое значение — «разделение реки на два тока, рукава». В этом случае прозвище Ростока указывало на особенности места жительства: человек жил у растоки, то есть у места, где река раздваивалась. Такая привязка к ландшафту — распространенный способ образовывать прозвища, и она выглядит очень правдоподобно для человека, который жил у воды.

Есть и третья, более редкая трактовка. То же слово могло означать «расставание». Тогда прозвище Ростока получил человек, который часто и надолго уезжал из дома — по долгу службы или на заработки. Такая версия добавляет фамилии человеческий оттенок, но проверить её сложнее всего, и в ономастике она считается менее убедительной, чем две первые.

Отдельного внимания заслуживает само написание. Прозвище Ростока, а не Растока, возникло, вероятно, под влиянием «окающих» говоров, где безударная «о» звучит и пишется как «о». Это типичная черта северных и части среднерусских диалектов, что дает намёк на возможный регион происхождения фамилии. Сама фамилия образована без суффикса, напрямую от прозвища, что говорит о её древности: такие «чистые» формы часто закреплялись раньше, чем более поздние модели с -ов и -ин.