Фамилия Рыбалкин прямо указывает на род занятий предка: в старину, да и сейчас во многих говорах, слово «рыбалка» означало не процесс ловли, а самого человека — рыбака, рыболова. То есть основатель рода был промысловиком, кормившим семью с реки или озера.

Однако есть и вторая, менее очевидная версия, которую стоит учитывать. В некоторых регионах «рыбалкой» называли не только человека, но и птицу — например, чайку или другого пернатого охотника за рыбой. Если верить этой гипотезе, прозвище Рыбалка мог получить человек, внешне или повадками напоминавший такую птицу: возможно, длинноносый, сутулый или с характерной манерой поведения. Эта версия менее распространена, но имеет право на существование, поскольку прозвища по сходству с животными и птицами в русской традиции встречались сплошь и рядом.

Словообразовательная модель фамилии проста и прозрачна: к основе «Рыбалка» добавили типичный русский суффикс принадлежности -ин, который отвечал на вопрос «чей?». Таким образом, Рыбалкин — это буквально «сын Рыбалки», «тот, кто из рода Рыбалки». Подобная схема образования фамилий от прозвищ с суффиксом -ин характерна для северных и центральных регионов России, где она конкурировала с более южным вариантом на -ов.

Интересно, что фамилия сохранила исходное ударение на втором слоге — Рыба́лкин, хотя в разговорной речи нередко можно услышать смещение на первый слог. Это косвенно подтверждает, что в основе лежит именно прозвище, а не название занятия (которое в литературном языке закрепилось за словом «рыбак»).

Родственные фамилии — Рыбаков, Рыбалко, Рыбалов — образованы от тех же корней, но разными суффиксами. Рыбалкин стоит в этом ряду особняком: если Рыбаков прямо называет профессию, а Рыбалко — это украинская или южнорусская форма, то Рыбалкин сохранил память о конкретном человеке, чье прозвище закрепилось за всем его потомством.