Фамилия Саматыя — редкая и территориально привязанная. Её происхождение не связано с русским или украинским именословом напрямую: скорее всего, перед нами белорусская или польская фамилия, записанная в характерной для белорусского языка форме. Окончание -ыя (а не -ов, -ин или -ский) — верный признак того, что фамилия застыла в форме родительного падежа множественного числа. Такие фамилии типичны для северо-западных регионов Беларуси и прилегающих земель Польши (Подляшье). Встречаются они и в Литве, где белорусское население оставило след в ономастике.

Основа «Самат-» может восходить к нескольким корням. Наиболее вероятная версия — от дохристианского личного имени или прозвища Самат. В польском языке есть слово samotny («одинокий»), но фамилия образована не от прилагательного, а скорее от прозвища, которое могло означать «одиночка», «замкнутый человек». Однако в белорусских говорах встречается и диалектное «самата» — суета, хлопоты, беспорядок. В таком случае фамилия могла закрепиться за человеком суетливым или деятельным, но это менее надёжная гипотеза, так как прозвища от абстрактных существительных встречаются реже.

Словообразовательная модель проста: к основе Самат- добавлен суффикс -ыя, который в белорусской традиции указывает на принадлежность к роду или семье. Буквально Саматыя — это «те, кто из рода Самата». Такая форма типична для фамилий крестьянского и мещанского сословия в XIX веке, когда фамилии фиксировались по месту жительства или отцу. Сравните с однокоренными: Самат, Саматов, Саматович — последние могли бы возникнуть у русских или украинцев, но Саматыя чётко указывает на белорусский ареал.

Сословный состав носителей фамилии, скорее всего, был крестьянским или однодворческим. В метриках и ревизских сказках XIX века такие фамилии встречаются в Гродненской, Виленской и Минской губерниях. Встречается фамилия и в современной Польше, в записи Samatja — это вариант латинизации белорусского написания.

Если вы ищете свои корни, имеет смысл проверить документы по деревням Беларуси и Подляшья, особенно в окрестностях Бреста, Гродно и Белостока. Фамилия не даёт однозначного указания на занятие предков, но её форма говорит о том, что они были оседлыми людьми, жившими компактной группой, от которой и пошло родовое имя.