Фамилия Сархошян — типичный пример армянской фамилии, образованной по продуктивной модели с суффиксом -ян (вариант более древнего -янц). Этот суффикс в армянской ономастике играет роль патронимического показателя: он указывает на происхождение от предка, носившего имя или прозвище, которое стало основой. В данном случае основа — Сархош. Если отбросить суффикс, перед нами слово, которое в армянском языке может быть разобрано как сложное: «сар» (гора, вершина) и «хош» (радость, веселье). Буквально «Сархош» можно перевести как «горная радость» или «радость горы». Скорее всего, это не личное имя в классическом понимании, а прозвище, которое дали человеку, жившему в горной местности и отличавшемуся жизнерадостным нравом. Вероятно, оно возникло как описательное и затем закрепилось за родом.

В отличие от многих русских фамилий, которые часто уходят корнями в мирские имена или профессии, армянские фамилии на -ян почти всегда прямо указывают на предка. Сархошян — это буквально «из рода Сархоша». Суффикс -янц, который в диалектах мог дать -ян, был распространён в Восточной Армении, тогда как в Западной чаще использовали -ян. Судя по географическому распространению, носители фамилии Сархошян встречаются в основном в Армении и в диаспоре, особенно в России и США, но исторически фамилия могла быть привязана к определённому селу или региону, где жил основатель рода.

Словообразовательная модель здесь проста: основа + суффикс. Однако важно отметить, что армянские фамилии не знают такого разнообразия суффиксов, как русские (-ов, -ин, -ский). -ян — доминирующий, почти универсальный патронимический формант, поэтому для идентификации фамилии ключевым становится именно разбор корня. В случае Сархошян корень прозрачный, но не банальный: он не отсылает к профессии или имени святого, а к природному и эмоциональному образу. Это делает фамилию довольно редкой и поэтичной по своему происхождению.

Никаких документальных свидетельств о точном времени появления фамилии Сархошян нет, как и для большинства армянских фамилий, которые массово закрепились в XIX веке. Но можно уверенно сказать, что предки носителей этой фамилии жили в гористой местности, и их прозвище, ставшее фамилией, подчёркивало не столько место жительства, сколько характер человека — весёлого, лёгкого на подъём, возможно, пастуха или земледельца, который радовался горам.