Фамилия Сажнев (в просторечии и ряде документов встречается также написание Сажнёв) образована от прозвища Сажень. В основе лежит нарицательное «сажень» — русская мера длины, равная трём аршинам, то есть чуть более двух метров. Слово это известно с древнерусских времён и использовалось не только в торговле и строительстве, но и в землеустройстве: им отмеряли участки, межевали наделы, определяли расстояния между строениями.

Вероятнее всего, прозвище Сажень получил человек, чья работа была связана с измерением земли. Это мог быть землемер, межевщик или тот, кто занимался разметкой полей и усадеб. Впрочем, возможен и другой путь: прозвище могло закрепиться за человеком высокого роста — «сажень ростом», как говорили о рослых, статных людях. В народной речи выражение «косая сажень в плечах» как раз описывало богатырское сложение, так что оба значения слова легко могли стать основой для личного прозвища.

Сам тип фамилии — с суффиксом -ев — указывает на притяжательную модель: Сажнев значит «сын Сажня». Такая схема образования фамилий от прозвищ была одной из самых массовых на Руси, начиная с XVI–XVII веков, когда фамилии начали закрепляться за крестьянскими и посадскими родами. Аналогичным образом возникли, например, фамилии Аршинов, Вершков или Фунтов — все они отталкиваются от старых мер длины и веса. В этом ряду Сажневы стоят не особняком, а вписаны в широкий пласт русских прозвищных фамилий, связанных с хозяйственной деятельностью предков.

Говорить о точном месте возникновения фамилии сложно: процесс формирования шёл постепенно, и одна и та же фамилия могла независимо появиться в разных регионах. Сажневы встречаются и в среднерусских областях, и на Севере, где землемерное дело было особенно востребовано при размежевании общинных земель. Окончательные выводы о происхождении конкретной ветви рода возможны только после обращения к архивным документам — писцовым книгам, ревизским сказкам, метрикам.

При этом не стоит забывать, что прозвище Сажень могло закрепиться и за человеком, который славился точным глазомером или, напротив, получил его в насмешку за неуклюжесть. Народная этимология часто бывает прихотливой, и без письменных свидетельств восстановить истинный повод для прозвища удаётся не всегда. Тем не менее сама фамилия сохранила для нас старое русское слово, которое сегодня уходит из бытового обихода, — и в этом её ценность как памятника языка и культуры.