Фамилия Седалищев происходит от прозвища Седалище, которое, скорее всего, закрепилось за мастером по изготовлению сёдел. В основе лежит нарицательное «седало» — так называли деревянный остов, состоящий из двух лук и двух лавок, обтянутых кожей. То есть предок носителя этой фамилии, вероятно, был ремесленником, делавшим сёдла на продажу. Само слово «седало» в старину было обиходным, а не книжным, и это видно по поговоркам, которые его окружают: «Пристало, как седло к корове», «Жена не седло; со спины не сымешь», «Седло мое свинья съела, а плеточку куры поклевали». Прозвище Седалище могло прилипнуть к человеку именно потому, что его занятие было у всех на виду — в деревне ремесленника редко называли по имени, чаще по делу.

Интересно, что форма «Седалище» с увеличительным суффиксом -ищ- не обязательно указывает на что-то большое. В русских говорах этот суффикс часто использовался для обозначения предмета или лица без грубой оценки, просто как разговорный вариант. Так что прозвище звучало не обидно, а скорее по-свойски, по-деревенски. От него и пошла фамилия через стандартную модель: прозвище отца — Седалище, его сын — Седалищев. Суффикс -ев указывает на принадлежность: сын Седалища, внук Седалища.

Стоит оговориться: версия о седельном мастере — основная, но не единственная. В некоторых говорах «седалищем» могли называть и просто сиденье, лавку, а в переносном смысле — дом, оседлое место. Поэтому не исключено, что прозвище дали человеку, который обосновался на новом месте, «осел», или тому, кто любил сидеть дома. Однако связь с ремеслом выглядит правдоподобнее: прозвища по профессии в крестьянской среде встречались гораздо чаще, чем прозвища по привычкам, и они легче закреплялись в качестве фамилий.

Фамилия Седалищев — редкая, и это тоже о многом говорит. Массовое закрепощение крестьян и оформление фамилий в центральной России происходило в XVI–XVII веках, но далеко не все прозвища дожили до наших дней. Многие затерялись, растворились в других формах. То, что Седалищевы сохранились, указывает на устойчивую семейную традицию: прозвище передавалось из поколения в поколение, пока не стало официальным именованием. Где именно это произошло — в северных говорах, на Урале или в среднерусской полосе, — сказать без генеалогических изысканий сложно. Но сама форма слова, с «седалом» и «седлом», отсылает к старинному быту, где лошадь была не роскошью, а необходимостью, и мастер, делавший сёдла, кормил всю округу.

Точное время и место возникновения фамилии Седалищев остаются открытым вопросом. Для окончательного ответа нужны архивные документы: писцовые книги, ревизские сказки, метрические записи. Но уже сейчас можно сказать уверенно: перед нами не случайное сочетание букв, а след профессионального прозвища, которое прошло путь от деревенской клички до фамильного имени.