Фамилия Седловский чаще всего оставляет впечатление «географической» — и это не случайно. По одной из версий, её основа — название деревни Седлово в Рыбинском районе Ярославской области. Такой тип фамилий типичен для польской и западнорусской традиции, где суффикс -ский указывал на связь с местностью: выходец из Седлова становился Седловским. Эта версия правдоподобна, но не единственная.

Вторая гипотеза уводит в другую сторону — к прозвищу Седло. Тогда Седловский — это отчество второго порядка: сын Седлова, внук Седла. Подобная цепочка хорошо вписывается в модель, где прозвище отца закреплялось за внуком уже в форме притяжательного прилагательного с суффиксом -ский. Но что означало само прозвище Седло? Здесь открываются два пути.

Первый — профессиональный. Седло как предмет конской упряжи дало прозвище мастеру, который его изготавливал. Седло в этом смысле — «профессиональное» именование, как, например, Кожемяка или Бондарь. Второй путь — образный: Седлом могли назвать лихого наездника, человека, который буквально «не слезает с седла». Обе трактовки имеют право на жизнь, но профессиональная выглядит убедительнее: прозвища по ремеслу в русских фамилиях встречаются чаще, чем метафорические.

Интересно, что фамилия Седловский словно вобрала в себя обе возможности: она могла возникнуть независимо в разных местах — и как топонимическая, и как патронимическая. В ономастике это не редкость: одинаково звучащие фамилии нередко имеют разные корни. В случае с Седловским сложно отдать предпочтение одной версии без конкретных родословных данных, но обе они уводят нас в крестьянскую или ремесленную среду, где прозвища и названия деревень были естественной частью самоидентификации.