Фамилия Семеняго звучит необычно для русского уха, и это не случайно: её происхождение напрямую связано с белорусским и украинским языковым ареалом. В отличие от подавляющего большинства русских фамилий на -ов/-ев или -ин, которые образуются от притяжательных прилагательных («чей сын?» — «Семёнов»), модель на -яго указывает на другой способ именования. Суффикс -яго (или -яга) в восточнославянских фамилиях — это, как правило, уменьшительно-ласкательный или прозвищный формант. Он характерен для западных регионов: Беларуси, Полесья, а также запада Украины и юга России, где встречались переселенцы.

Основа фамилии прозрачна: это личное имя Семён (каноническая форма Симеон, от древнееврейского «шема» — «услышанный Богом»). Семеняго — это, по сути, «маленький Семён» или «Семёнка». Но не в прямом смысле «сын», а скорее ласковое прозвище, которое закрепилось за человеком и со временем перешло в фамилию. Подобным образом образованы, например, фамилии Доняго, Гриняго, Гуляго. То есть Семеняго — это не «чей-то сын», а «тот, кого звали Семенягой» (ласкательное от Семён). Это отличает фамилию от более привычной Семёнов, которая строится по патронимической модели.

Встречается и другая, менее вероятная версия: связь с глаголом «семенить» (идти мелкими шагами). По ней, прозвище Семеняго могли дать человеку с быстрой или суетливой походкой. Однако эта гипотеза слабее, потому что в основе фамилий гораздо чаще лежат крестильные имена, чем глагольные характеристики, а суффикс -яго в прозвищах от глаголов — редкость. К тому же, форма Семеняго идеально ложится в ряд уменьшительных форм от имени Семён: Семеня, Семенюк, Семеняка.

С точки зрения сословной принадлежности, фамилия Семеняго не была дворянской или аристократической. Она бытовала в среде крестьян и мещан Беларуси и Украины. В XIX веке носители этой фамилии встречались преимущественно в Минской, Могилёвской и Гродненской губерниях. После переселений в рамках Столыпинской реформы и в советское время фамилия распространилась шире, но её географический центр по-прежнему остаётся на западе. В современной России она редка и воспринимается как однозначно «западная» или «польская» по звучанию, хотя польского в ней, строго говоря, нет — это восточнославянская модель, просто не ставшая основной в великорусском регионе.