Фамилия Севергин звучит так, будто в ней спрятан север или строгий нрав, но на деле её корень куда неожиданнее. В основе лежит прозвище Северга, а им в старину называли особый род стрелы. Такое именование, скорее всего, давали меткому лучнику, поэтому фамилию можно отнести к «профессиональным» прозвищам, указывающим на ремесло. Но у слова была и вторая жизнь: в псковских говорах Севергой в шутку звали торопыгу и нетерпеливого человека. Так что за фамилией может стоять либо воинское умение, либо житейская черта характера — и обе версии имеют право на существование.

Степан Борисович Веселовский, крупный историк и ономатолог, в своих трудах приводит ранние упоминания прозвища. Он фиксирует Севергу Василия, крестьянина из Соли Галицкой, жившего во второй половине XV века, и Севергу Ивановича Палицына, арзамасца конца XVI столетия. Эти записи показывают, что прозвище бытовало в разных слоях общества и в разных землях — от костромского севера до нижегородского юга. Потомки этих людей и получали фамилию Севергин, отвечавшую на вопрос «чей ты?» — то есть сын или внук Северги.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: суффикс -ин присоединялся к основе на гласный или мягкий согласный. Так из Северги получился Севергин, как из Фомы — Фомин, а из Ильи — Ильин. Эта модель была одной из самых ходовых в русской антропонимии, поэтому фамилия органично вписалась в общерусский тип, хотя само прозвище осталось редким.

Точное место и время появления фамилии Севергин назвать сложно: фамилии в России закреплялись постепенно, на протяжении нескольких столетий, и один и тот же род мог осесть в разных губерниях. Но ранние упоминания прозвища в XV–XVI веках позволяют предположить, что фамилия сформировалась не позднее XVII века. Судя по географии прозвища, её носители могли жить и в Поморье, и в центральных уездах.

Любопытно, что фамилия не получила широкого распространения и не «растворилась» в массе однотипных образований. Она сохранила связь с редким диалектным словом и потому представляет собой живой памятник русской лексики — напоминание о том, как метко и образно народ называл друг друга задолго до того, как прозвища превратились в наследственные фамилии.