Фамилия Щелупа звучит редко и даже немного неожиданно для русского уха, но её происхождение укладывается в логику народных прозвищ. В основе лежит слово «щелупа» — так в южных и западных русских говорах, а также в украинском и белорусском языках называли скорлупу, шелуху, корку или вообще нечто пустое и ломкое. Прозвище Щелупа могли дать человеку за худобу, сухость телосложения или за невзрачный, «шелушащийся» вид — по аналогии с тем, как облезает кора или скорлупа.

Интересно, что в некоторых диалектах «щелупой» называли не только скорлупу, но и пустой орех или стручок без зёрен — то есть нечто обманчивое, внешне целое, а внутри пустое. В этом случае прозвище могло закрепиться за человеком, который казался значительным, а на деле оказывался «пустышкой». Однако не стоит думать, что это обязательно обидная характеристика: в крестьянской среде прозвища часто давались по внешним признакам или случайным чертам, без злого умысла, и со временем становились фамилиями.

Фамилия образована без типичного русского суффикса -ов/-ев или -ин, что характерно для украинского и белорусского ономастикона. В этих языках фамилии часто застывали в форме чистого прозвища или нарицательного слова. Щелупа — это именно такой случай: слово стало фамилией напрямую, без дополнительных формантов. Поэтому её географические корни, скорее всего, лежат на территории современной Украины, Беларуси или в южных областях России (Брянщина, Курщина, Ростовская область), где были распространены говоры с таким словом.

Встречается также вариант написания Щелуппа, но он редок и, вероятно, возник из-за ошибки в документах или под влиянием польского языка. В польском есть слово «szczelupa» (щель, трещина), что могло дать параллельную, но менее вероятную версию — прозвище для человека со щербатым ртом или узкоглазого. Однако основная версия со «скорлупой» надёжнее и подтверждается диалектными словарями. В любом случае, фамилия Щелупа — яркий пример того, как бытовая метафора из крестьянского обихода закрепилась в фамильном имени и дошла до наших дней.