Фамилия Шипицыны — одна из тех, где за простым звучанием скрывается неожиданный профессиональный корень. Вопреки интуитивному желанию связать её с «шипом» или «шиповником», основа здесь иная: прозвище Шипица в северных и уральских говорах означало плотника, работающего шипами — деревянными креплениями, которые вставляли в пазы без гвоздей. Такая технология была особенно распространена в зодчестве Русского Севера, где избы и церкви рубили «в шип» на века. Таким образом, Шипицын — это потомок мастера-древодела.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Шипицын. В русской антропонимии эта модель типична для прозвищ, оканчивающихся на -а/-я: Шипица → Шипицын. Форма множественного числа «Шипицыны» в бытовом употреблении закрепилась за всей семьёй или родом, что характерно для крестьянских фамилий центральной России и Поволжья. В документах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне Шипицыны в Вятской и Пермской губерниях — как раз в зоне активного деревянного строительства.

Существует и более редкая, спорная версия: в некоторых говорах «шипица» — местное название колючего кустарника (шиповника). Если прозвище дали по месту жительства — «живущий у шипицы», — фамилия могла возникнуть независимо от плотницкого ремесла. Однако географическая привязка Шипицыных к лесным и строительным регионам делает первую версию убедительнее.

Интересно, что фамилия Шипицын (и её варианты Шипицин, Шепицын) почти не встречается за пределами России — это узко локальный антропоним, не перешедший в дворянские роды. В дореволюционных списках Шипицыны — почти поголовно государственные крестьяне и мещане, что подтверждает их происхождение из среды ремесленников и сельских плотников.