Фамилия Шишманцев — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с внешностью или характером, а с конкретным тюркским словом. Если отбросить случайные созвучия, наиболее убедительная версия ведёт к турецкому «шишман» — «толстяк», «тучный». В османском языке это слово имело хождение и как прозвище, и как часть имени. Однако в русской среде оно не прижилось бы само по себе — его могли принести с собой выходцы с южных рубежей, из районов, где контакт с тюркскими народами был плотным (например, казаки или служилые люди на южных засечных чертах).

Словообразовательная модель фамилии нестандартна. Суффикс -ев указывает на притяжательность («чей?» — Шишманцев), но основа здесь не Шишман, а Шишманец. То есть сначала появилось прозвище Шишманец — человек, которого за полноту или дородность сравнивали с турком-«шишманом». А уже от него, по модели «Шишманец — сын Шишманца», образовалась фамилия. Такой переход через уменьшительно-именной суффикс -ец встречается реже, чем прямое присоединение -ов к прозвищу, и это отличает Шишманцевых от более распространённых Шишмановых.

В русских говорах слово «шишман» могло также означать «шальной, бесшабашный человек» или «мошенник» (в диалектах Поволжья). Но эта версия слабее: тюркское заимствование в значении «толстяк» фиксируется в словарях гораздо раньше и шире, а негативный оттенок — вторичен. Вряд ли фамилию дали бы по прямому ругательству, скорее по нейтральной характеристике внешности.

География фамилии сегодня невелика: носители встречаются в основном в центральных и южных областях России, что косвенно подтверждает версию о происхождении из зон русско-тюркского пограничья. Сословных перегородок фамилия не знала — Шишманцевы могли быть и крестьянами, и мещанами, и казаками. Дворянских родов с такой фамилией в родословных книгах нет, что тоже говорит о её «низовом», прозвищном происхождении.

Таким образом, Шишманцев — это фамилия-характеристика, за которой стоит конкретный человек, получивший прозвище за комплекцию. Она не таит в себе тайны знатного рода, но зато прямо указывает на бытовую наблюдательность предков, которые не стеснялись называть вещи своими именами.