Фамилия Шкрябец — один из тех редких случаев, когда основа слова не оставляет сомнений в своём происхождении, но заставляет спорить о деталях. В её центре — глагол «шкрябать» или «скрябать», то есть царапать, скрести, сдирать. В русских говорах это слово живёт до сих пор: «шкрябнуть» — провести чем-то острым, «шкряботня» — царапанье, возня. Человека, который постоянно что-то скрёб или чесал, в народе и прозвали Шкрябцем.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: корень «шкряб-» плюс уменьшительно-ласкательный или прозвищный суффикс «-ец». В восточнославянской ономастике суффикс «-ец» часто оформлял прозвища по действию или внешнему признаку: Шкрябец — буквально «тот, кто шкрябает». Сравните с фамилиями Скрябин, Скребнев, Скребков — все они из того же звукоподражательного и очень древнего гнезда. Отличие Шкрябца в том, что он сохранил начальное «ш» и редкий суффикс, который не дал фамилии превратиться в стандартную на «-ов» или «-ин».

Географически фамилия привязана к западнорусским и украинским землям. Она встречается в Брянской, Смоленской областях, на Черниговщине и в белорусском Полесье. Это зона, где говорят на переходных говорах, и слово «шкрябать» там вполне обыденно. В украинском языке есть «шкрябати» — царапать, чесать, и «шкрябка» — скребок. Учитывая суффикс «-ец», фамилия могла оформиться как раз на украинской или белорусской почве, где такие прозвищные модели очень продуктивны.

Кем был первый Шкрябец по роду занятий — вопрос открытый. Прямой связи с ремеслом нет: «шкрябать» можно было и скребком на кухне, и стругом в плотницком деле, и даже пером по бумаге (в ироничном смысле «писака»). Скорее всего, прозвище дали за манеру поведения — суетливому, постоянно что-то скребущему или чешущемуся человеку. В словаре древнерусских прозвищ С. Б. Веселовского подобные примеры есть: прозвища по бытовым действиям давались без злого умысла, просто как меткая характеристика.

Сейчас фамилия остаётся редкой. В официальных справочниках её часто путают с «Шкрябиным» или «Шкрябнем», но носители упорно держатся за свой вариант. В написании возможны колебания: в старых метрических книгах встречается и «Шкрябец», и «Скрябец» (с начальным «с»). Второй вариант ближе к литературной норме, но именно «ш» выдаёт диалектную, народную основу фамилии — ту самую живую речь, в которой царапанье называли не по-книжному, а по-деревенски, сочно и точно.