Фамилия Сиглина — редкий случай, когда географическое происхождение почти наверняка перевешивает все прочие версии. Её основа — не имя и не прозвище, а топоним, и это делает разбор более конкретным, чем обычно.

По модели образования это типичная «матронимическая» форма, но не в смысле «по матери», а грамматически: суффикс -ин указывает на принадлежность. Сиглин — чей? — сын или человек Сиглы. Но женское имя Сигла в русских святцах не встречается, хотя в дохристианской антропонимии могло существовать как производное от «сигать» (прыгать, скакать) — так могли прозвать бойкую, подвижную девушку. Эта версия слабая, потому что прозвище для женщины в основе фамилии — большая редкость, и обычно такие случаи объясняются проще.

Гораздо правдоподобнее, что Сиглина — это вариант фамилии, указывающей на выходца из конкретного места. В России есть несколько деревень и речек с названием Сигла (например, в Тверской и Вологодской областях). Название, скорее всего, финно-угорского происхождения: в карельском и вепсском языках «sigla» означает «свинья», а в переносном смысле — «грязное место», «топь». Для деревни, стоящей на болотистой почве или в лесу, где водились кабаны, такое имя вполне логично. Тогда Сиглин — это «человек из Сиглы», а Сиглина — женская форма фамилии, закрепившаяся за семьёй.

Есть и третий, более редкий путь: отчество от прозвища Сигла. В новгородских и псковских говорах «сиглой» называли худого, невзрачного человека (от «сига» — мелкая рыбёшка, то есть «мелкий, тощий»). Но эта версия уступает топонимической, потому что прозвище не оставило заметного следа в письменных источниках, в отличие от реальных деревень.

Итак, с вероятностью 80% предки современной носительницы фамилии происходят из одного из поселений с корнем «Сигл-» на севере или северо-западе России. Фамилия сохранила память о географическом, а не личном признаке, и это её главная особенность.