Фамилия Силивря почти наверняка хранит память о крестильном имени Сильвестр. Цепочка трансформаций выглядит так: полное церковное Сильвестр со временем в бытовой речи сократили до Селиверст, затем до Силиверст, а уже от этой формы возникла ласкательная или просторечная Силивря. Само имя восходит к латинскому silvester и переводится как «лесной», «живущий в лесу». Покровителем имени считают святого Сильвестра Римского, папу IV века, чье почитание было широко распространено на Руси.

Словообразовательная модель здесь нестандартная. Большинство русских фамилий заканчивается на -ов или -ин, указывая на принадлежность отцу: Силиверстов, Селиверстов. Фамилия же Силивря не получила притяжательного суффикса, а застыла в форме самого прозвища или уменьшительного имени. Такой тип встречается реже и обычно говорит о том, что прозвище закрепилось за человеком напрямую, без добавления родового окончания. По сути, предка так и звали в обиходе — Силивря, и это имя перешло потомкам без изменений.

География бытования фамилии узкая, что подкрепляет версию о местной форме имени. Носители фамилии концентрируются на юге России, в частности в Краснодарском крае и Новороссийске. Такое локальное распространение типично для фамилий, возникших из диалектного или регионального произношения. Маловероятно, что Силивря придумали в разных концах страны независимо — скорее, форма бытовала в конкретной станице или округе, а фамилия закрепилась среди потомков одного рода.

В документах начала XX века встречается Силивря Петр Степанович, родившийся в 1890 году в станице Анастасиевской. В анкетах он указан как русский и крестьянин-единоличник. Эта запись показательна: она подтверждает, что фамилия бытовала в казачьих и крестьянских кругах Кубани, а не в дворянской среде. Крестьянское происхождение объясняет и простоту формы — без облагораживающих суффиксов, в том виде, в каком имя звучало в живой речи.

Изредка фамилию путают с украинской Силивря или Селивря, но это те же следы того же имени Сильвестр в южнорусских и малороссийских говорах. Разница лишь в произношении: где-то промежуточный звук редуцировался, где-то удерживался. Для самой фамилии это не меняет сути — перед нами редкий пример того, как церковное имя превратилось в самостоятельную фамилию без промежуточных родовых суффиксов.