Фамилия Скварцова — яркий пример того, как народная, «живая» фонетика меняет облик, казалось бы, знакомого слова. В её основе лежит не что иное, как название хорошо известной птицы — скворца. Однако написание через «а» в корне — не ошибка и не опечатка, а следствие исторических фонетических процессов, когда безударная «о» в разговорной речи звучала и закреплялась на письме как «а». Это так называемое «аканье», которое часто становилось нормой для фамилий, образованных от прозвищ.

Словообразовательная цепочка здесь проста и прозрачна: сначала было мирское имя или прозвище Скварец. В дохристианской традиции имена, образованные от названий птиц и животных, были широко распространены. Давая ребёнку имя Скварец, родители вкладывали в него пожелание, чтобы природа приняла его как своего, а сам он перенял лучшие черты этой бойкой и голосистой птицы. Считалось, что такое имя-оберег передаёт человеку жизненную силу и ловкость.

Не исключён и второй путь: прозвище Скварец мог получить уже взрослый человек. Поводом для этого служило либо внешнее сходство — например, тёмные волосы и быстрая, порывистая манера двигаться, — либо, что более вероятно, звонкий, красивый голос и любовь к пению. В этом случае прозвище закреплялось за родом и переходило к потомкам.

Притяжательный суффикс -ов в окончании фамилии указывает на принадлежность: Скварцов — это «сын Скварца», потомок того самого человека, которого так прозвали или нарекли. Интересно, что фамилия с ударением на втором слоге — Скварцо́ва — сохраняет связь с исходным прозвищем, в то время как вариант Скво́рцова, с ударной «о», встречается реже и считается более поздним, «книжным», приближенным к литературной норме написания.

Таким образом, в фамилии Скварцова соединились древний пласт народных имён, связанных с природой, и живые законы русской разговорной речи. Это не просто указание на предка-певуна, но и немой свидетель того, как язык менялся на протяжении веков, фиксируя своё звучание в родовых именованиях.