Фамилия Стахановы происходит от личного имени Стахан, которое в старину давали без церковного календаря. Это мирское имя — сокращенная, народная форма крестильных имен Стахий и Евстафий. Первое в переводе с древнегреческого значит «колос», второе — «устойчивый, стойкий». На Руси такие сокращения были обычным делом: длинное церковное имя резали до одного-двух слогов, чтобы удобно было звать человека в быту. Так из Евстафия и Стахия получился Стахан, а его дети и внуки уже писались Стахановыми.

Модель образования простая и очень распространенная: к основе Стахан добавили суффикс -ов, который указывал на принадлежность. Первоначально Стаханов означало «сын Стахана», «из семьи Стахана». Такая схема в XV–XVII веках охватила большинство русских фамилий, вытеснив более древние формы с -их и -ских.

Интересно, что имя Стахий встречается в новозаветной традиции — так звали одного из семидесяти апостолов, но в народном обиходе оно не прижилось в полной форме. Гораздо живее оказался именно вариант Стахан, который зазвучал по-русски и породил целое гнездо фамилий: Стаханов, Стаханкин, Стаханович. Иногда основу путают со словом «стахать» — в некоторых говорах так говорили о тяжелой, ударной работе, но это совпадение, а не источник фамилии.

Точное место и время возникновения фамилии Стахановы назвать трудно. Фамилии у крестьян и посадских людей закреплялись постепенно, на протяжении нескольких столетий, и один и тот же род мог в разных переписях писаться по-разному. Но сам тип фамилии — от мирского прозвища-имени с суффиксом -ов — говорит о том, что сложилась она не позднее XVII века, когда эта модель стала господствующей.

В XIX веке фамилия встречалась в разных губерниях, без явной привязки к одной местности. Носители ее были в основном крестьяне и мещане. Позже фамилия получила громкую известность благодаря шахтеру Алексею Стаханову, чья фамилия стала нарицательной для ударного труда, хотя к самому роду это прозвищное значение отношения не имеет.

Сегодня фамилия Стахановы — это не просто указание на предка по имени Стахан, а живой след того, как церковные имена перекраивались народным языком. В ней слышится и греческий корень, и русская привычка к коротким, крепким именам, и типичная для XVI–XVII веков модель фамильного суффикса.