Фамилия Старотоненкова — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не ремесло, а целое прозвище-определение. Она женского рода, мужской вариант — Старотоненков. Словообразовательная модель здесь двойная: к основе прибавился суффикс -ов- (притяжательный, указывающий на принадлежность), а затем — типичный для замужних женщин или дочерей суффикс -а. Но главная загадка — в корне.

Первый элемент «Старо-» сразу наводит на мысль о старосте, старейшине или просто пожилом человеке. Второй — «тоненков» — звучит как фамилия, образованная от прозвища «Тоненький» (худой, щуплый человек). Получается, что Старотоненков — это не «старый Тоненький», а скорее «староста по фамилии Тоненков» или «старший из рода Тоненковых». В русских говорах «старый» могло означать не возраст, а положение: «старый» — главный, опытный, бывалый. Поэтому прозвище «Старотоненков» могли дать человеку, который возглавлял большую семью или общину, где все остальные носили фамилию Тоненковы.

Есть и другая, более прозаичная версия: «Старый Тоненков» — это житель определённого места, например, хутора или деревни Старые Тоненки. Такая топонимическая модель (название поселения + -ов) встречается часто: если деревня называлась Тоненки, то выходец оттуда — Тоненков, а если часть села звалась Старотоненки — отсюда и фамилия. Подтвердить это можно только архивными записями, но логика здесь железная: в Центральной России и Поволжье много сел с приставками «Старо-» и «Ново-» (Старое, Новое), а фамилии на -ов от них — обычное дело.

Сама основа «Тоненков» восходит к прилагательному «тоненкий» — уменьшительной форме от «тонкий». В старину так дразнили худощавого, стройного человека или, наоборот, того, кто казался слабым, «тонкошеим». Суффикс -енк- в прозвищах характерен для южных и западных русских говоров (сравните: «мальчонка» — мальчик). Со временем прозвище закрепилось как фамилия, а приставка «Старо-» добавилась, чтобы выделить конкретную ветвь рода — старшую, главную или переселившуюся из старого места.

Фамилия почти не встречается за пределами нескольких регионов, что говорит о её локальном происхождении. Носители, скорее всего, были крестьянами или однодворцами (государственными крестьянами, нёсшими сторожевую службу) из центральных областей России. Сословной элиты в такой фамилии нет — она чисто бытовая, описательная, и потому особенно ценна для историка: по ней можно восстановить, как в конкретной местности различали людей не по имени, а по месту в семейной иерархии.