Фамилия Стреусов — один из тех случаев, когда основа не бросается в глаза, но при ближайшем рассмотрении оказывается прозрачной и даже немного неожиданной. Скорее всего, в её основе лежит не имя и не профессия, а прозвище, связанное с птицей. Разберёмся по порядку.

Корень здесь — «стреус». В древнерусском языке и в южнорусских говорах (особенно на Дону и Кубани) словом «стреус» называли страуса. Причём это не местное изобретение, а заимствование через польское «strus» из немецкого «Strauss». Птица была хорошо известна на Руси по торговым путям и сказаниям: страус упоминается в «Хожении за три моря» Афанасия Никитина, а в народе его считали диковинкой, почти сказочным существом. Прозвище Стреус могли дать человеку за длинные ноги, пышную шевелюру, привычку высоко задирать голову или, наоборот, за необычную манеру прятаться от неприятностей — по созвучию с легендой, будто страус прячет голову в песок.

Фамилия образована по стандартной патронимической модели: Стреус + суффикс -ов. Это означает «сын Стреуса», то есть потомок человека, носившего такое прозвище. Суффикс -ов указывает на русское (великорусское) происхождение, в отличие от украинского -енко или белорусского -ович. Географически фамилия тяготеет к югу России и Поволжью, где встречались и другие «птичьи» прозвища (Гусев, Лебедев, Соколов), но Стреусов стоит особняком — страус не был традиционной русской птицей, поэтому фамилия редкая.

Есть и альтернативная, менее вероятная версия. В некоторых говорах «стреус» могло быть искажением слова «стряус» — от «стрясти», то есть трясущийся, суетливый человек. Однако эта гипотеза слабая: она не подтверждается диалектными словарями, а упоминания страуса в письменных источниках XVI–XVII веков делают «птичью» версию основной.

В целом, Стреусов — фамилия с яркой образной основой. В отличие от множества «профессиональных» фамилий, она не сообщает о роде занятий предка, а рисует его внешность или характер: долговязый, заметный, возможно, с необычной походкой или повадками. В XVIII–XIX веках, когда фамилии закреплялись за крестьянами и мещанами, такое прозвище могло закрепиться в одной семье и передаться потомкам уже в форме фамилии. Встречается она нечасто, но именно редкость и нестандартная основа делают её запоминающейся.