Фамилия Стронский — редкий пример того, как одно слово может вести к двум разным, но одинаково логичным историям предков. Вопреки типичному для русских фамилий суффиксу -ский, который часто указывает на географическое название (деревня Стронск, Стронево), корень здесь, скорее всего, не славянский топоним, а польское слово strona.

В польском языке у этого слова два значения. Первое — «сторона» в смысле направления или края. Отсюда первая версия: прозвище Строна давали человеку нелюдимому, который «сторонился» людей, либо тому, кто поселился на отшибе, на одиноком выселке. Такое прозвище закреплялось за хозяином хутора или за молчаливым отшельником, и уже его потомки получали фамилию Стронские — «те, кто со стороны», живущие особняком.

Второе значение слова strona в современном польском — «страница, лист». Если опираться на него, прозвище могло указывать на профессию. Строной в переносном смысле могли называть писаря, летописца или переписчика книг — человека, чья жизнь проходила за страницами рукописей. Эта версия менее распространена, но она объясняет, почему фамилия встречается в среде духовенства и приказных людей, где грамотность ценилась высоко.

Сама модель образования — от прозвища с помощью суффикса -ский — типична для шляхетских и церковных фамилий на западнорусских землях. В XVIII–XIX веках такие фамилии нередко возникали у семинаристов: им давали «благозвучные» фамилии от латинских или польских корней, чтобы выделить из крестьянской массы. Поэтому Стронский мог появиться и в среде польской мелкой шляхты, и в русской духовной школе.

Среди носителей фамилии есть человек, чья биография подтверждает связь с искусством слова и образа. Петр Тимофеевич Стронский — заслуженный художник Российской Федерации, лауреат Всероссийского Выставочного Центра и международной премии имени Николая Рериха. Его работы продолжают ту линию, что заложена в значении «страница» — живопись как рассказ, написанный кистью.

Точных данных о том, какая из версий верна для конкретной семьи, нет: фамилия редкая, и массовых крестьянских родословных по ней не сохранилось. Но обе трактовки сходятся в одном: предок Стронских был человеком заметным — либо своим уединением, либо своим ремеслом, связанным с письмом.