Фамилия Сухорослова напрямую рассказывает о внешности предка: её основа — прозвище Сухорослый, которым на Руси называли сухопарого, высокого и худого человека. Слово «сухой» в применении к людям тогда значило «поджарый», «лишённый лишнего веса», а вторая часть прозвища связана с глаголом «расти». Получается, что прозвище складывалось в ёмкую характеристику телосложения — кто-то из предков выделялся ростом при заметной худобе.

Интересно, что фамилия сохранила именно форму с суффиксом -л-, которая встречается не так часто, как более простые образования от корня «сух-». Сравните с однокоренными фамилиями: Сухоруков, Сухонос, Сухопаров — все они тоже строятся на прозвищах, но каждое из них подмечало свою деталь. Сухорослый же описывал не отдельную черту, а общий облик человека.

Корень «сух-» в русских прозвищах был очень распространён. В труде С. Б. Веселовского «Ономастикон» встречаются указания на людей с такими именами-прозвищами: Сухой Иван Васильевич Вельяминов и Сухой Иван Федорович Товарков (вторая половина XV века). Чуть позже фиксируются Сухонос Яхно (1498 год, Новгород), Сухонос Иван, царский конюх (1573 год), Сухопаров Григорий Никитин, подключник Хлебного дворца (1572 год). Эти примеры показывают, что прозвища с корнем «сух-» бытовали в разных слоях общества — от новгородских крестьян до людей, служивших при царском дворе.

Сам Сухорослый, судя по модели образования, — тоже прозвище, а не имя. Такие прозвища давали не при крещении, а в быту, чтобы быстро и метко обозначить человека. Потомки Сухорослого со временем усвоили его прозвище как родовое имя: сын Сухорослого становился Сухорословым, а его дети уже носили фамилию Сухорословы. Женская форма Сухорослова закрепилась в документах как вариант, указывающий на принадлежность к этому роду.

Фамилия не слишком частая, что неудивительно: прозвища, описывающие внешность, давали точечно, и не все они превращались в устойчивые родовые именования. Но именно такие фамилии сохранили для нас живую деталь портрета человека, жившего несколько веков назад.