Фамилия Табота звучит необычно для русского уха, и это не случайно. В её основе лежит нарицательное «табот» — слово, пришедшее в русский язык из древнееврейского. Так называли род ковчега завета, который использовали в бедных церквях. Если отбросить лингвистические тонкости, картина вырисовывается довольно ясная: прозвище Табота мог получить человек, так или иначе связанный с церковной службой, возможно, пономарь или причетник, отвечавший за сохранность этого священного предмета.

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная. Перед нами типичный случай, когда прозвище перешло в фамилию без дополнительных суффиксов, как это часто бывало с именами и прозвищами, оканчивающимися на гласный. Потомки человека, которого в округе знали как Таботу, со временем закрепили это прозвище за своим родом. Сын Таботы, его внук и правнук уже писались в документах как Табота, и фамилия закреплялась за семьёй.

Интересно, что в написании фамилии встречается вариант с буквой «о» — Тобота. Это не ошибка, а отражение живой народной этимологии: в безударном положении «а» и «о» звучат почти одинаково, поэтому при переписи или в бытовой записи букву могли заменить. Но закрепился и дошёл до нас преимущественно вариант Табота, который точнее передаёт исходное слово.

Стоит оговориться: версия о церковном происхождении — основная, но не единственная. В некоторых говорах «таботом» могли называть и просто что-то громоздкое, неуклюжее, по аналогии с тяжёлым ковчегом. Тогда прозвище могло закрепиться за медлительным или грузным человеком. Однако связь с церковной утварью выглядит правдоподобнее: слово это книжное, вряд ли крестьяне использовали бы его для бытовой характеристики. Скорее всего, прозвище дал священник или грамотный человек, хорошо знавший библейскую лексику.

Сама фамилия встречается нечасто, что делает её яркой приметой рода. Носители фамилии Табота, вероятно, происходят из семей, где кто-то из предков действительно нёс церковное послушание, а может быть, и сам был священнослужителем. Точных исторических документов о первых Таботах у нас нет, но сам корень слова надёжно указывает на духовную, книжную среду, из которой вышло это прозвище.