Фамилия Тарасутин — редкий пример того, как уменьшительная форма имени со временем вытеснила в обиходе полное церковное имя и закрепилась в фамилии. В ее основе лежит имя Тарасута — так на Руси ласково или сокращенно называли человека с именем Тарас. Каноническая, то есть церковная, форма этого имени — Тарасий, которое пришло к нам из греческого языка и переводится как «смутьян, мятежник». Впрочем, в древнерусском обиходе за именем закрепилась скорее нейтральная, народная трактовка, связанная с шумным, бойким нравом.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность, отвечая на вопрос «чей?». Тарасутин буквально означает «сын Тарасуты», «ребенок Тарасуты». Такая модель — одна из самых древних в русской ономастике, она встречается еще в новгородских берестяных грамотах, где отыменные прозвания с суффиксом -ин фиксировались задолго до эпохи массового закрепощения фамилий.

Интересно, что фамилия сохранила именно уменьшительную основу, а не исходное имя Тарас или Тарасий. Это говорит о том, что предок носителей фамилии был известен в своей округе не по официальному имени, а по домашнему прозвищу — Тарасута. Подобные формы на -ута (-юта) характерны для северных и центральных русских говоров: ср. Ванюта, Петрута, Гаврюта. Они передают теплоту и повседневность общения, а фамилии, рожденные от них, часто возникали в крестьянской или посадской среде, где церковное имя редко использовалось в быту.

О точном месте возникновения фамилии говорить сложно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, а письменные источники по таким «домашним» именам отрывочны. Ясно одно: перед нами не искусственное, книжное образование, а живое народное имя, которое прошло путь от ласкового прозвища до родового прозвания. Фамилия Тарасутин — памятник не столько славянской письменности, сколько живой разговорной стихии, где церковный Тарасий превратился в своего, близкого Тарасуту.