Фамилия Тажидинов — тюркская по происхождению, с отчетливым арабским следом в основе. Она образована по стандартной для многих народов бывшего СССР модели: к личному имени или прозвищу добавляется русский патронимический суффикс -ов, который в данном случае означает «сын такого-то». Поэтому Тажидинов — это буквально «сын Тажидина».

Корень фамилии — составное арабо-мусульманское имя Тажидин (или Таджуддин). На арабском «тадж» означает «корона», «венец», а «дин» — «вера», «религия». Вместе имя переводится как «венец веры» или «корона религии». Это типичное теофорное имя, распространенное у татар, башкир, казахов, узбеков и других народов, исповедующих ислам. Им могли наречь мальчика в семье, желая ему высокого духовного статуса или благочестия.

Интересная деталь — написание через «и» в первом слоге: Тажидинов, а не Таджуддинов. В тюркских языках звук «дж» часто редуцируется или переходит в «ж», поэтому имя Таджуддин в бытовой речи превратилось в Тажидин. Эта фонетическая адаптация — ключевая особенность фамилии, которая сразу указывает на её носителя из среды, где арабские звуки смягчались под влиянием местного произношения, вероятнее всего — среди казанских татар или башкир. Встречаются и варианты Таждинов, Таджидинов, но Тажидинов — самый распространенный.

Сословно фамилия не привязана к дворянству или духовенству. Тажидиновыми могли быть и сельские муллы, и ремесленники, и крестьяне. В дореволюционных метрических книгах и переписях эта фамилия фиксируется в основном в Поволжье и на Урале — в губерниях с компактным проживанием татарского и башкирского населения. После отмены крепостного права и в советское время она распространилась шире, вплоть до Средней Азии, но ядро остается в Татарстане и Башкортостане.

Если сравнивать с однокоренными, то Тажидинов стоит в одном ряду с фамилиями Тагиров, Тагиев (от имени Таги — «благочестивый») и Динмухаметов. Все они образованы от арабских корней, связанных с религией, но Тажидинов выделяется именно составной конструкцией «корона веры», что делает её более «пышной» по смыслу, чем, скажем, просто «слуга веры». Впрочем, для носителя фамилии это скорее исторический курьез, чем реальный статус.