Фамилия Тлеугабулова — яркий пример казахской (тюркской) модели образования, которая почти не встречается у русских фамилий. Её основа — мужское имя Тлеугабул, и разобрать его стоит по частям, чтобы понять, что оно значило для предков.

Первая часть, «Тлеу», восходит к казахскому слову «тілеу» — «желание», «просьба», «надежда». Вторая часть, «габул», — это арабское заимствование «қабыл» (через тюркское посредство), означающее «принятие», «согласие», «одобрение». Вместе имя Тлеугабул можно перевести как «исполнение желания» или «принятая просьба». Такие имена-пожелания, составные, были типичны для казахской антропонимии: родители давали их в надежде на счастливую судьбу ребёнка или в благодарность за его рождение. Окончание «-ов» (в женском варианте «-ова») — это уже русский патронимический суффикс, который добавили при оформлении фамилий в документах Российской империи в XIX — начале XX века. Без него фамилия звучала бы как Тлеугабул.

С точки зрения словообразования, фамилия Тлеугабулова стоит в ряду таких же составных казахских фамилий, как Тлеубаев, Тлеуов, Тлеулесов. Суффикс «-ов» здесь не несёт сословной нагрузки: его получили и простые скотоводы, и зажиточные хозяева, и представители знати при переходе на оседлость и учёт в метриках. Поэтому по фамилии нельзя определить, кем был предок — баем или бедняком; скорее, она говорит о его этническом и языковом происхождении.

Географически фамилия Тлеугабулова распространена в Казахстане и среди казахской диаспоры в России, особенно в регионах, граничащих с Казахстаном: Астраханской, Оренбургской, Омской областях. Встречается она и в Башкортостане, где исторически были сильны казахские и тюркские родовые связи. Интересная деталь: в русских переписях фамилию могли записать на слух с искажением — как Тлеугабулов, Тлеугабулова, а в редких случаях даже как Тлеугабулин, что меняет суффикс, но не меняет корня.

В итоге, носитель фамилии Тлеугабулова может быть уверен: его предки говорили на тюркском наречии, чтили арабскую лексику через исламскую культуру, а имя давали с глубоким смыслом — как просьбу о благополучии, которая была услышана.