Фамилия Толмаджев — редкий случай, когда в основе лежит не очевидное славянское прозвище, а имя, уводящее в тюркскую и даже армянскую языковую стихию. Если отбросить версии, которые держатся на случайном созвучии, остаются два реальных объяснения, и первое выглядит заметно убедительнее.

Основная версия связывает фамилию с диалектным вариантом тюркского мужского имени Талмаз. Переводится оно как «неутомимый», «тот, кто не устает». Таким именем родители часто нарекали очень подвижного, живого ребенка — этакая словесная защита от утомления и хворей. Со временем имя Талмаз в некоторых говорах могло звучать как Толмадж, а от него уже по обычной русской модели образовалась фамилия: Толмадж + суффикс -ев, то есть «сын Толмаджа». Суффикс здесь указывает на отчество, а не на географию, как в фамилиях на -ский.

Вторая версия, хоть и менее вероятная, тоже имеет право на жизнь. Она выводит фамилию от прозвища Толмадж, которое восходит к нарицательному «толма» — так называют вид голубцов в армянской кухне. В этом случае основатель рода Толмаджевых мог быть поваром, искусным в приготовлении этого блюда. Но здесь есть слабое место: прозвища по блюдам в русской традиции встречаются, но редко, и обычно закрепляются за торговцами, а не за домашними поварами. К тому же слово «толма» в русские говоры попало поздно, в основном через кавказскую кухню, и вряд ли успело бы стать основой фамилии в центральной России.

Интересно, что фамилия Толмаджев не встречается в классических ономастических словарях Унбегауна или Никонова — это признак ее локального, возможно, южнорусского или казачьего бытования, где тюркские имена усваивались особенно легко. В переписях она почти не попадается, что говорит о небольшом числе носителей и, скорее всего, едином очаге возникновения.

Если ваши предки носили эту фамилию, стоит искать их в документах XIX века по Астраханской, Оренбургской или Ставропольской губерниям — именно там пересекались русские, тюркские и армянские традиции имянаречения. Впрочем, возможен и более простой путь: фамилия могла возникнуть в семье, где деда звали Талмаз, а русские писари записали его имя на слух, как Толмадж. Такое искажение — типичная история для фамилий, рожденных на стыке культур.