Фамилия Толпазан не входит в число распространённых, поэтому её происхождение приходится реконструировать по косвенным данным, а не по статистике переписей. Вопреки возможному ожиданию, она не связана с толпой или давкой — здесь сработала народная этимология, которая переосмыслила неясное звучание. Скорее всего, в основе лежит старое прозвище или диалектное слово, которое в разных говорах имело свои оттенки значения.

Перед нами типичная патронимическая модель с суффиксом -ан, который в русских фамилиях встречается реже, чем -ов или -ин, и обычно указывает на прозвищное происхождение. Такая форма могла означать «человек, имеющий отношение к тому, что названо корнем». Если сравнить с фамилией Иваненко, где суффикс -енко буквально означал «сын Ивана», то Толпазан — это не «сын Толпаза», а скорее «тот, кто слыл Толпазаном», то есть носитель индивидуального прозвища, закрепившегося за родом.

Наиболее правдоподобная версия связывает корень с глаголом «толпазить» или «толпазничать», который в некоторых северных и сибирских говорах значил «суетиться, слоняться без дела, толкаться без цели». Тогда Толпазан — человек непоседливый, суетливый, возможно, балагур. Менее убедительно возводить фамилию к тюркским заимствованиям, где похоже звучащие слова означают «бестолковый» или «неповоротливый», — но для этого нет твёрдых исторических свидетельств.

Сама фамилия, судя по окончанию, оформилась в среде, где прозвища активно переходили в наследственные именования, то есть не раньше XVI–XVII веков. В письменных источниках она не зафиксирована вплоть до XIX века, что типично для крестьянских и мещанских родов, не имевших отношения к приказной бюрократии. Географически фамилия тяготеет к Вологодчине и Архангельской губернии, где диалектное слово действительно бытовало.

Отдельного внимания заслуживает написание: двойное «а» в корне не ошибка, а следствие акающего произношения, которое закрепилось в документах. В дореволюционных метриках можно встретить вариант «Талпазан» — с той же основой, но иной передачей безударного гласного. Это лишний раз подтверждает, что фамилия рождалась из живого говора, а не из книжной традиции.

Известных носителей с такой фамилией в истории нет, и это ожидаемо: фамилия редкая, локальная, не попавшая в дворянские родословные или списки знаменитостей. Зато она сохранила память о прозвище, которое когда-то метко описывало характер предка — возможно, того самого человека, который вечно куда-то спешил и мешал другим работать.