Фамилия Торошина — женская форма фамилии Торошин, которая образована по одной из самых распространённых моделей в русском языке: с помощью суффикса -ин, указывающего на принадлежность. Буквально Торошин — это «сын Тороши», а Тороша — разговорная или уменьшительная форма какого-либо личного имени или прозвища.

Ключевой вопрос — что лежит в основе «Тороша». Здесь открывается поле для лингвистической разминки. Самая прямая версия отсылает к древнерусскому глаголу «торошить» — то есть торопить, понукать, суетить. В северных и сибирских говорах это слово было в ходу: «тороша» могли назвать непоседливого, суетливого человека, который вечно бежит впереди паровоза. Такое прозвище давали не столько за скорость, сколько за манеру всё делать с надрывом и спешкой. В этом случае фамилия Торошин — типичное «прозвищное» образование, каких много: Торопыгин, Суетин, Поспелов.

Вторая, менее очевидная версия, связывает основу с диалектным «торош» — так в некоторых областях называли мусор, сор, отходы при трепании льна. Прозвище Тороша могли дать неряшливому или, наоборот, занятому чисткой и трепанием льна человеку. Но эта гипотеза слабее: слово «торош» узкотерриториально и не оставило заметного следа в ономастиконе.

Интересная деталь: фамилия Торошин (и её женская форма) встречается заметно чаще в старых переписях Вологодской и Архангельской губерний. Это совпадает с ареалом бытования глагола «торошить» именно в значении «торопить». В южных и центральных регионах России фамилия почти не фиксируется, что делает её «северным маркером» — возможным указанием на происхождение предков из Поморья или Заволочья.

По сословной принадлежности Торошины, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми. Дворянских родов с такой фамилией в родословных книгах не отмечено. Суффикс -ин, в отличие от -ов/-ев, часто указывает на основу, оканчивающуюся на -а или -я, что характерно для прозвищ и уменьшительных имён из простонародной среды.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями — Торопов, Торопыгин, Торопча — Торошин стоит особняком: в нём нет прямого указания на действие («торопить»), а есть личное прозвище, которое это действие обозначало. То есть фамилия не столько описывает занятие, сколько характер человека, который её когда-то получил.