Фамилия Трапашко — яркий пример того, как географическая привязка и этническое происхождение предка могут застыть в родовом имени. В основе фамилии лежит корень «трап-», который в белорусском и украинском языках означает «лестница» (ср. белор. «трап»). Однако здесь важна не столько бытовая утварь, сколько топонимика: на территории современной Беларуси и западной Украины существует несколько поселений с названием Трапы, Трапова, Трапішкі. Жителя такого села или выходца оттуда прозывали «Трапаш» — человек с Трапов, а суффикс «-ко» (характерный для западноукраинских и южнобелорусских фамилий) превратил прозвище в фамилию, означающую «потомок Трапаша» или «маленький Трапаш».

Суффикс «-ко» в фамилии Трапашко — не уменьшительно-ласкательный, а патронимический, как в фамилиях Шевченко, Коваленко. Это указывает на происхождение рода с территории, где в XVI–XVII веках активно формировались фамилии на «-енко», «-ук» и «-ко». Вероятнее всего, предок носителя фамилии был не ремесленником, связанным с лестницами, а крестьянином или казаком, переселившимся из села с корнем «Трап-». Ономаст Б. Унбегаун в «Русских фамилиях» отмечает, что подобные модели с топонимической основой и суффиксом «-ко» особенно часты на Волыни и в Гродненской губернии.

Менее вероятна, но всё же возможна версия от прозвища «Трапаш», данного человеку за походку или манеру подниматься по лестнице — слишком прямолинейное объяснение, которое редко выдерживает проверку реальными историческими документами. Слабая гипотеза о румынском корне «trapa» (шаг) не находит подтверждения в ареале бытования фамилии: подавляющее большинство Трапашко сосредоточено в Беларуси, особенно в Брестской и Гродненской областях, а также в прилегающих районах Польши.

В польском ономастиконе фамилия Trapaszko фиксируется в документах XIX века как вариант белорусской фамилии, записанной латиницей. Интересно, что написание через «ш» (Трапашко) — не случайность, а отражение акающего произношения: в белорусском языке безударное «о» звучит как «а», но на письме сохраняется «о», что и дало устойчивую форму Трапашко, а не Трапашка. Таким образом, в фамилии законсервировалась не только география, но и живая фонетика тех мест, где предки говорили по-белорусски.