Фамилия Трескунов — это отчество, образованное от прозвища или мирского имени Трескун. Корень здесь — глагол «трещать», и от него отталкиваются две основные версии происхождения. Первая опирается на «Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля, где «трещать» означает и «непрестанно говорить, тараторить», и «шуметь, грохотать». Тогда Трескуном называли либо словоохотливого, общительного человека, который без умолку говорит, либо, наоборот, того, кто создаёт много шума.

Вторая версия связана с народной метеорологией: в некоторых говорах трескуном называли сильный мороз — тот самый, при котором деревья трещат от холода. В этом случае Трескун становится мирским именем-оберегом, которое давали ребёнку, родившемуся в суровую зиму. Такие имена, не связанные с крестильными, были обычным делом в славянской среде: они должны были защитить человека или подчеркнуть обстоятельства его появления на свет.

Суффикс -ов в фамилии указывает на притяжательную модель: Трескунов буквально значит «сын Трескуна». Это типичная схема для русских фамилий, окончательно закрепившаяся в XV–XVII веках, когда прозвище отца переходило к детям и внукам. Потомок человека по прозвищу Трескун со временем получал фамилию Трескунов — так же, как, например, появились Балагуровы или Шумиловы, тоже связанные с речевой или шумовой характеристикой.

Интересно, что фамилия не слишком распространена и носит яркий след северных и уральских говоров, где слово «трескун» в значении «мороз» употреблялось особенно часто. В южных регионах такое прозвище скорее поняли бы как насмешливое указание на болтливость. Поэтому география происхождения рода может подсказать, какая из версий ближе к истине: если предки жили на Русском Севере, вероятнее морозная версия, если в средней полосе — речевая.

Безусловно, фамилия Трескунов — самобытный памятник славянской культуры, но точное время и место её возникновения можно установить только через серьёзные генеалогические исследования. Процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности, поэтому окончательная точка здесь — за архивными документами.