Фамилия Тунцов — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с рыбой, а с человеком. Рыбья версия кажется очевидной, но она вторична и маловероятна для крестьянской среды XVI–XVII веков, когда фамилии только складывались.

Слово «тунец» в значении «крупная морская рыба» вошло в русский язык поздно, из западноевропейских языков, и было книжным, небытовым для жителей Центральной России, откуда родом большинство русских фамилий. Гораздо раньше на Руси существовало слово «тун» — так называли праздного человека, лодыря, тунеядца. В древнерусском «тун» означало «даром, напрасно», отсюда «тунеядный» — живущий даром. Прозвище Тун или Тунец давали человеку, который уклонялся от работы, либо, в ироничном смысле, нерадивому работнику.

Суффикс -ов указывает на стандартную модель русской фамилии: Тунцов — сын Тунца. Могло быть и бессуффиксное прозвище Тунец, которое затем «одворянилось» через патронимический суффикс. В старых документах встречаются однокоренные фамилии Тунин, Туников, Тунаев — все они восходят к тому же корню «тун» со значением «праздный, даровой».

Есть и второй, более спорный вариант: в южных и западных говорах «тунец» могло быть диалектным названием какого-то местного вида рыбы (например, небольшого сома или уклейки), но это нигде не зафиксировано в серьёзных ономастических источниках. Если бы фамилия была рыбной, мы бы ожидали форму Тунцовский или географическую привязку к морскому побережью, но у этой фамилии типично центральнорусское распространение — Тульская, Рязанская, Калужская области.

Так что предок носителя фамилии Тунцов, скорее всего, был человеком, которого в деревне считали ленивым или живущим за чужой счёт, — и это прозвище закрепилось за его потомками. Ничего обидного в этом нет: прозвища часто давались «от противного» или с долей насмешки, и со временем утратили первоначальный смысл.