Фамилия Уздиева — редкий случай, когда за основу взято не имя, не профессия и не внешний признак, а социальный термин, причём с чёткой кавказской привязкой. Корень здесь — «уздень», слово, которое в прошлом бытовало у народов Северного Кавказа, особенно у осетин, кабардинцев и балкарцев. Узденем называли свободного крестьянина-общинника, не принадлежавшего к высшей княжеской знати, но и не бывшего рабом или крепостным. Это социальная прослойка, сопоставимая с русскими однодворцами или польской шляхтой: человек мог владеть землёй, иметь оружие, участвовать в собраниях, но стоял ниже таубиев (горских князей). Таким образом, Уздиева — это «дочь или жена узденя». Суффикс -ев, а не -ов, указывает на основу на мягкий согласный («уздень»), что типично для фамилий, образованных от существительных с суффиксом -ень.

Географически фамилия почти целиком привязана к Ингушетии и Чечне, реже встречается в Осетии и Кабардино-Балкарии. Это не случайно: в XIX веке, при фиксации фамилий в метриках и ревизских сказках, русские чиновники часто записывали горцев по отцу или по роду занятий, но здесь — по социальному статусу. Сама фамилия — женская форма, что встречается нечасто: в русской традиции фамилии на -а обычно принадлежат женщинам, но в данном случае Уздиева могла стать закреплённой формой для всего рода, особенно если носительница была вдовой или единственной наследницей.

Любопытно, что в осетинском языке слово «уæздан» означает «благородный», и некоторые ономасты связывают «уздень» с этим корнем. Но прямая линия неочевидна: в тюркских языках «уз» — «свой, родной», а «ден» — «вера, обычай», что даёт «свой по вере» — гипотеза слабая и не подтверждается источниками. Надёжнее считать, что фамилия — прямое отражение сословной принадлежности предка, который был свободным общинником, а не князем или холопом. Других версий, например, от личного имени Уздей или от тюркского «узде» (поводья), нет в серьёзных ономастических работах — это домыслы.

В современных справочниках фамилия Уздиева нечастотна, но стабильна в Ингушетии. Её носители — потомки тех самых узденей, которые в XIX веке составляли костяк горского общества: воины, скотоводы, земледельцы. Социальный контекст здесь важнее личного прозвища: фамилия говорит не о характере или внешности, а о месте человека в сложной иерархии кавказских народов.