Фамилия Векин — одна из тех, что ставит перед исследователем сразу несколько загадок, каждая из которых ведёт к разным занятиям предков. Словообразовательная модель здесь проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), то есть основа Века — это прозвище или имя, которое и стало ядром фамилии. А вот откуда взялась сама основа — вопрос открытый.

Самая бытовая и наглядная версия отсылает к слову «веко» в словаре Даля. Это не веко глаза, а лубяная коробка, лукошко — хлебница, кузовок для ягод или ящик для разноски товаров на торгу. Прозвище Века в таком случае могли дать либо коробейнику, который ходил с таким лотком, либо мастеру, который эти лукошки плёл. В русской ономастике фамилии от названий предметов обихода встречаются сплошь и рядом, и эта версия выглядит крепкой и логичной.

Однако у фамилии есть и «европейский след». В чешском языке veka — это батон или буханка хлеба. Если предок был выходцем из западнославянских земель или жил в смешанной среде, прозвище могло закрепиться за пекарем. Шведское vek (мягкий, нежный) — более экзотичный вариант: так могли прозвать человека покладистого нрава. Обе гипотезы имеют право на жизнь, хотя географическая привязка фамилии Векин (она встречается в центральных и северных областях России) делает славянскую версию с лукошком предпочтительнее.

Есть и сербская гипотеза: имя Века в значении «посланец». Но она менее вероятна — массового проникновения сербских имён в русскую фамильную систему не было, а единичные случаи обычно оставляют иные следы в документах.

Что интересно: фамилия Векин не слишком распространена, но и не уникальна. Она избежала массовой шаблонной унификации, поэтому в разных родах могла возникнуть независимо — от коробейника, пекаря или мягкого по характеру человека. Выбрать единственную версию без архивов конкретной семьи сложно, но именно эта многозначность и делает фамилию «живой»: за ней стоит не один, а несколько возможных портретов предка.