Фамилия Вергулянец — редкий случай, когда географический суффикс оказывается не на своём месте. В ней отчётливо слышен украинский или южнорусский оттенок: суффикс -ец обычно указывает на выходца из какой-то местности (полтавец, киевлянец, дончанец). Но основа здесь не топоним, а прозвище или личное имя.

Самая вероятная версия — от украинского слова «вергуля» или «вергун». В говорах Черниговщины, Полтавщины и соседних областей «вергунами» называли хворост — тонкое хрустящее печенье, жаренное в масле. Прозвище Вергуля или Вергун мог получить любитель такой выпечки, либо пекарь, торговавший ею. Форма Вергулянец тогда означает «сын или потомок Вергули» — то есть человек, чей предок носил это «вкусное» прозвище.

Есть и менее очевидный вариант: связь с глаголом «вергати» (кидать, швырять). В диалектах так могли прозвать непоседу, вертлявого человека или того, кто работал с метанием — например, в игре или на охоте. Но эта версия слабее, потому что слово «вергуля» как обозначение еды зафиксировано в этнографических источниках куда чаще.

Суффикс -янец, а не просто -ец, добавляет оттенок принадлежности к группе или роду. В украинской антропонимии такие фамилии встречаются реже, чем на -енко или -ук, и часто указывают на западные или северные регионы Украины. Встречаются Вергулянцы и в Беларуси, и в южных областях России — туда фамилия попала вместе с переселенцами из Малороссии в XVIII–XIX веках.

Фамилия недворянская, крестьянская или казацкая. В реестрах Запорожского войска и метрических книгах XVIII века похожие прозвища встречаются, но Вергулянец — скорее поздняя фамилия, оформившаяся уже после отмены крепостного права, когда бывшим крестьянам массово давали фамилии по прозвищам их дедов.