Фамилия Весендины — редкий случай, когда корень слова не поддаётся однозначной этимологии и заставляет задуматься о диалектных или иноязычных влияниях. В русской ономастике фамилии на -ин обычно образуются от имён или прозвищ с основой на -а, -я (Весна — Веснин, Весендин). Здесь же бросается в глаза необычный суффикс -енд-: он характерен для западных славян (поляков, чехов) и встречается в фамилиях вроде Вендт или Венделин. Вероятнее всего, основа «Весенд» — это искажённое или адаптированное на русской почве прозвище, которое могло прийти с переселенцами из Речи Посполитой или Прибалтики. По одной из версий, прозвище Весенда могли дать человеку, родившемуся весной или имевшему лёгкий, «весенний» нрав — но тогда ожидалась бы форма Весенин. Более правдоподобно, что корень восходит к немецкому или балтскому слову со значением «ветер» или «бродяга» (ср. лит. vėjas — ветер), которое в русском быту переосмыслили под народную этимологию, связав с весной.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Весендин, то есть «сын или потомок Весенды». Географически фамилия тяготеет к северо-западу России — Псковской, Новгородской, Ленинградской областям, где исторически было смешанное население и активные контакты с балтийскими и финно-угорскими народами. В документах XIX века встречаются единичные упоминания крестьян и мещан с такой фамилией в Осташковском уезде Тверской губернии. Сословная принадлежность невысокая — в основном государственные крестьяне, реже купцы третьей гильдии.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Весенев, Весенников) показывает, что Весендины стоят особняком: у них нет типичного русского суффикса -ов или -ев, а форма с -енд- скорее говорит о том, что предок носил некалендарное прозвище, заимствованное из соседнего языка. Точного значения сейчас не восстановить, но ясно, что фамилия — маркер миграции: её носители, вероятно, потомки выходцев с запада, осевших в русских деревнях и получивших фамилию по прозвищу, которое уже к XIX веку утратило связь с исходным смыслом.