Фамилия Витрогон — редкая, выразительная и почти наверняка прозвищная. В ней нет родового суффикса (-ов, -ин, -ский), а значит, перед нами не «сын такого-то», а застывшее прозвище, которое закрепилось за одним человеком и перешло к потомкам в неизменном виде. Такие «чистые» фамилии без патронимических окончаний в русской среде встречаются нечасто и обычно указывают на южные или западные регионы (Украина, Беларусь, юг России), где подобная модель была распространена шире.

Слово «витрогон» в основе — сложное, из двух корней: «витер» (ветер) и «гонити» (гнать). Буквально: тот, кто гоняет ветер. В славянских говорах это прозвище имело два основных значения, и оба нелестные. Первое — пустой, легкомысленный человек, «ветрогон», который не держится за дело, говорит попусту. Второе — возможное ироничное прозвище мельника: ветер гоняет крылья мельницы, а сам мельник как бы «гонит ветер», управляя им. В украинском языке слово «вітрогін» прямо означает «мельник», и это, пожалуй, самая правдоподобная версия происхождения. Предок-Витрогон с высокой вероятностью был владельцем ветряной мельницы или работал на ней.

Спорных версий тут немного. Можно было бы предположить связь с глаголом «витрять» (проветривать) или с охотничьим «гоном» (преследованием зверя по ветру), но это натяжки. Основное значение — либо профессия, либо насмешливая характеристика. Склоняемся к профессии: прозвища по ремеслу давали чаще и они лучше закреплялись в фамилиях, чем легковесные характеристики.

Географически фамилия Витрогон тяготеет к западнорусским и украинским землям. В старых переписях и ревизских сказках она не массовая, а единичная, что подтверждает её прозвищное, а не «родовое» происхождение от имени. Носители фамилии сегодня — это потомки одного или нескольких человек, получивших такое прозвище, скорее всего, в XVIII–XIX веках. Сословная принадлежность угадывается: мельник — фигура не крепостная, а свободная или полусвободная, часто из казаков или государственных крестьян, имевших свой надел и промысел.

Искать «известных» Витрогонов в энциклопедиях бесполезно — фамилия осталась в тени истории. Но в этом и её ценность: она сохранила живое, образное слово, которое рассказывает о предке больше, чем любая официальная запись.