Фамилия Визавитин — редкий случай, когда в основе лежит не прозвище, не ремесло и не церковное имя, а заимствованное наречие, ставшее личным прозвищем. Корень здесь — французское vis-à-vis, что значит «лицом к лицу», «напротив», а в переносном смысле — «собеседник» или «визави» (тот, кто стоит напротив). В русском языке XVIII–XIX веков это слово использовали в светском обиходе: «визави» называли партнёра в танце или собеседника за карточным столом.

Модель образования фамилии — суффикс -ин, который в русской ономастике обычно присоединяли к основам на -а/-я, указывая на принадлежность: «чей?» — Визавитин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Визави. Такая форма — нестандартная для иноязычного корня: чаще французские заимствования оформлялись суффиксом -ов (ср. французское «де» в фамилиях Демидов, Дефорж — но там другая история). Визавитин же сохранил «живое» окончание прозвища, что говорит о его бытовом, а не книжном происхождении.

Вероятнее всего, прозвище Визави получил человек, который постоянно оказывался «напротив» — возможно, сосед, живший через улицу, или постоянный партнёр в дуэлях, спорах, танцах. Не исключён ироничный оттенок: так могли назвать завсегдатая балов или картёжника, который всегда сидел vis-à-vis. В российской провинции XIX века французские словечки нередко переделывали на русский лад, давая людям прозвища вроде Бонжур, Пардон или Визави.

Географически фамилия почти не встречается в современных справочниках. Она отсутствует в массовых списках центральных губерний, что указывает на крайнюю редкость и, возможно, локальное бытование — в одном-двух родах. Скорее всего, носители Визавитина — потомки либо обрусевших французов (гувернёров, офицеров на русской службе), либо крепостных, получивших прозвище от барина-галломана. Второй вариант правдоподобнее: крестьянам часто давали «барские» клички из модной французской лексики, и те закреплялись как фамилии.

Словообразовательно фамилия стоит в одном ряду с такими редкими вариантами, как Амикошонский (от ami cochon — «друг-свинья», шутливое обращение) или Комплиментов — но Визавитин отличается тем, что основа не переосмыслена, а сохранила прямой пространственный смысл. Это делает её ценным свидетельством того, как европейская культура проникала в русский быт через прозвища, а не через высокую литературу.