Фамилия Воргуля — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не профессия, а звукоподражательное прозвище. В отличие от большинства русских фамилий, образованных суффиксами -ов, -ев или -ин, Воргуля имеет суффикс -ул(я), который в восточнославянской ономастике часто указывает на носителя яркого, часто неодобрительного признака. Сравните: «крикун» — Крикунчук, «плакса» — Плаксин, но «ворчун» — Воргуля. Суффикс -ул(я) придаёт прозвищу оттенок постоянного действия, привычки.

Корень фамилии — «ворг-» — восходит к древнерусскому глаголу «воргать», что означало «ворчать, брюзжать, издавать глухой недовольный звук». В диалектах русского севера и Сибири слово «воргун» или «воргуша» фиксировалось как прозвище ворчливого, вечно недовольного человека. Таким образом, первый носитель фамилии — не ремесленник и не землевладелец, а человек, получивший уличное прозвище за свою манеру говорить или характер. Это типичная «мирская» фамилия, которая закрепилась за крестьянином или мещанином, а не за дворянином.

Географически фамилия Воргуля тяготеет к юго-западным областям России, особенно к Брянской и Смоленской губерниям, а также к восточной Беларуси. В этих краях глагол «воргать» был более живуч, чем в центральных диалектах. Встречается она и на Украине, где могла возникнуть независимо, но с тем же значением. В отличие от фамилий на -енко или -ук, Воргуля не имеет патронимического суффикса: она застыла в форме прямого прозвища, что делает её более древней по типу образования.

Интересная деталь: в польском языке существует слово «warga» (губа), но фамилия Воргуля к нему не относится. Польская версия звучала бы как «Варгуля» или «Варгаля». Русская огласовка с «о» (Воргуля, а не Варгуля) подтверждает связь именно с «ворчать», а не с губой. Встречаются варианты написания Воргулин, Воргунов, Воргулёв — все они образованы от того же корня, но с разными суффиксами, и указывают на ответвления одного родового гнезда.

Сословная принадлежность носителей фамилии в XIX веке — преимущественно государственные крестьяне и мещане. Воргули не встречаются среди столбового дворянства, что логично: прозвище «ворчун» вряд ли дали бы боярину. Фамилия не угасла, но осталась редкой, что говорит о локальном распространении в нескольких сёлах или городках.