Фамилия Ворлачев — один из тех редких случаев, когда корень слова не лежит на поверхности и не связан с очевидными ремёслами или именами. Основа «Ворлач» — это, скорее всего, прозвище, и его значение стоит поискать в говорах северных и центральных областей России. В диалектах «ворлач» или «ворлак» могло означать человека неопрятного, лохматого, с взлохмаченными волосами — родственное слово «ворла» (космы, вихры). Такое прозвище давали либо ребёнку, который вечно ходил растрёпанным, либо взрослому с небрежной шевелюрой. Учитывая, что в крестьянской среде внешний вид был делом практичным, а не эстетичным, подобное прозвище могло закрепиться за человеком, который пренебрегал причёской.

Суффикс «-ев» указывает на стандартную русскую патронимическую модель: Ворлачев — это «сын Ворлача». Фамилия образована от прозвища, а не от крестильного имени, что типично для значительной части русских фамилий, особенно среди крестьян и посадских людей. Интересно, что в некоторых говорах существовал и вариант «Ворлаков» — от той же основы, но с другим суффиксом, что говорит о региональных особенностях словообразования.

Географически фамилия Ворлачев привязана к северу и северо-востоку европейской части России. В переписных книгах и метрических записях XVIII–XIX веков она встречается в Вологодской, Архангельской и Вятской губерниях — зонах, где диалектная лексика сохраняла архаичные формы. В более южных регионах фамилия практически не фиксируется, что подтверждает её локальное происхождение. Носители фамилии, скорее всего, были государственными крестьянами или людьми, приписанными к заводам, — никакого дворянского или купеческого следа в истории фамилии не прослеживается.

Спорные версии, например, связь с тюркским «ворла» (воровать) или с финно-угорскими корнями, выглядят натянутыми. В русских говорах «ворлач» имеет чёткую славянскую этимологию, связанную с волосами, и привлекать иноязычные параллели без серьёзных оснований не стоит. Так что если ваши предки носили фамилию Ворлачев, с большой вероятностью среди них был человек, которого в деревне дразнили за лохматую голову — и это прозвище пережило века, превратившись в фамилию.