Фамилия Вралев звучит почти как откровенное прозвище, но на деле её происхождение сложнее и не обязательно связано с обманом. Основа фамилии — не глагол «врать» в его современном значении, а древнерусское слово «враль», которое в XVI–XVII веках означало не лжеца, а болтуна, пустомелю или человека, который говорит небылицы ради красного словца. Тогда это было скорее характеристикой говорливого, фантазёра или хвастуна, а не злонамеренного обманщика.

Фамилия образована по стандартной патронимической модели с суффиксом -ев, который присоединялся к основам на мягкий согласный или на -ль. Таким образом, Вралев — буквально «сын Враля». В старых документах прозвище Враль встречается, например, в писцовых книгах Новгородской земли. С учётом того, что Новгородчина и северо-западные территории были зоной активного бытования прозвищных фамилий, можно предположить, что первоначальный очаг фамилии — именно этот регион.

Суффикс -ев указывает, что фамилия сформировалась в среде великорусского населения, а не украинского или белорусского, где чаще использовались бы формы на -енко или -ович. Вралевы, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми: прозвища, даваемые за особенности речи, типичны для низших сословий, где человека могли назвать по самому яркому внешнему признаку — в данном случае по манере говорить.

Интересно, что в русских говорах у слова «враль» был и другой оттенок: так могли назвать ворожея, знахаря, который «врёт» заговоры — то есть шепчет, наговаривает. Эта версия менее распространена, но вполне реальна: в диалектах «врать» сохраняло значение «говорить, болтать, нашептывать» без негативной окраски. Если предок Вралевых был деревенским лекарем или колдуном, прозвище могло закрепиться за его потомками уже как фамилия.

В современной России фамилия встречается редко, преимущественно в центральных областях и на Урале — туда она могла попасть с переселенцами из Новгородской земли. Однокоренные фамилии — Враль, Вралькин, Вральщиков — ещё более редки, что делает Вралева уникальной в своём роде.