Фамилия Вырвыхвост — яркий пример так называемой «прозвищной» фамилии, где исходное прозвище было дано за манеру поведения, внешность или склонность к определённым поступкам. В основе лежит повелительная форма глагола «вырвать» и существительное «хвост». Буквально — «вырви хвост». Такие прозвища в старину могли дать человеку, который, например, постоянно дёргал животных за хвосты (озорнику или скотнику), либо тому, кто в драке хватал противника за эту часть тела. В переносном смысле «вырвихвост» могло означать задиру, драчуна или человека, который не даёт себя в обиду и «выхватывает» победу любой ценой.

По модели образования фамилия стоит особняком. В русском языке фамилии, образованные от глагольных форм без суффиксов (-ов, -ин, -ский), встречаются редко. Чаще всего они возникали как застывшие прозвища, которые затем переходили в фамилии без изменений. Сравните с похожими по конструкции фамилиями: Убейсобака, Держиморда, Сорвиголова. Все они относятся к древнему пласту русских прозвищ, которые документированы уже в XV–XVII веках. Отличие фамилии Вырвыхвост в том, что она не перешла в разряд типичных «овских» фамилий, а осталась в своей исходной, «прозвищной» форме.

Географически фамилия крайне редкая. Встречается она в основном в южнорусских областях, в частности, на Кубани и в Ростовской области. Это не случайно: именно в казачьей среде долго сохранялась традиция давать «уличные» фамилии по прозвищам, которые не всегда оформлялись суффиксами. Возможно, первый носитель фамилии был донским или запорожским казаком, получившим своё прозвище за буйный нрав или за то, что он «вырывал хвосты» у вражеских коней во время набегов.

Никаких дворянских родов или известных исторических деятелей с такой фамилией не зафиксировано. Это крестьянская или казачья фамилия, и её носители, скорее всего, были простыми людьми — пахарями, скотоводами или воинами. Отсутствие «родового» суффикса (вроде -ский) прямо указывает на то, что фамилия не прошла через книжное оформление, а бытовала в народной среде. Для этимолога Вырвыхвост — редкий и ценный пример того, как живое, неканоническое прозвище стало наследственным именем рода, сохранив свою первоначальную грубоватую, но выразительную форму.