Фамилия Якубанца — яркий пример того, как географическая привязка и особенности местного говора могут создать уникальную родовую подпись. В русской ономастике эта фамилия стоит особняком из-за своего нехарактерного окончания. Подавляющее большинство русских фамилий оформляется суффиксами -ов/-ев, -ин или -ский. Форма на -ца, да ещё и в родительном падеже (с окончанием -а), выдает в фамилии южнорусское или украинское происхождение.

В основе фамилии лежит имя или прозвище Якуб — польская и белорусская форма библейского имени Иаков (Яков). Суффикс -ан-, как в именах Иван, Степан, указывает на то, что перед нами не просто Якуб, а Якубан — человек, которого в быту называли с оттенком просторечия или принадлежности к чему-то. Сама конструкция «Якубанца» — это застывшая форма родительного падежа: «чей? — Якубанца». Такая модель типична для украинских фамилий (вроде Ковальчука, Шевченка) и для некоторых русских говоров, где предка называли по отцу или месту: «сын Якубана» со временем превратился в «Якубанца».

Географически фамилия тяготеет к западнорусским и украинским землям, особенно к регионам, где было сильно польское влияние: Смоленщина, Брянщина, Гомельская область. Здесь имя Якуб было распространено куда шире, чем в центральной России. Носитель такой фамилии — почти наверняка потомок человека, которого окружающие выделяли не по ремеслу, а по личному имени. Никакого прозвищного ремесла за фамилией не стоит: это чистая патронимия (по отцу), но оформленная по редкой для литературного русского языка модели.

В отличие от фамилий на -ов, которые в массе своей сложились в центральных уездах Московского государства, Якубанца — фамилия окраинная, «пограничная» в культурном смысле. Она вобрала в себя и польский вариант имени (Якуб), и украинский способ словообразования (-ец, -ца), и русское окончание. Такие гибридные формы особенно ценны для историков: они маркируют зону смешения языков и народов, где человек мог жить на стыке трёх культур.