Фамилия Жедаевы — один из тех случаев, когда за привычным русским окончанием -ев скрывается корень, уходящий в языки народов Кавказа. В основе фамилии лежит прозвище Жедай, и его происхождение неочевидно: исследователи предлагают как минимум три версии, и каждая по-своему описывает возможный облик или занятие предка.

Самая распространённая гипотеза возводит прозвище к черкесскому (адыгскому) слову «джэду» — «кот» или «лесной кот». Прозвище могли дать человеку за внешнее сходство с этим зверем или за повадки: ловкость, мягкость, умение приземляться на ноги. Второй вариант оттуда же, но от слова «джэд» — «курица». В этом случае Жедаем называли не за характер, а за ремесло: предок мог разводить кур или торговать птицей. Обе версии укладываются в логику прозвищного именования, типичного для кавказского региона, где русская фамилия нередко фиксировала местное, нерусское по происхождению прозвище.

Третья версия менее очевидна, но не менее интересна. Она связывает прозвище с осетинским словом «джеджджын» — так называют чабёр (чабрец), пряное растение, которое использовали и в кулинарии, и как антисептик. Если это так, то Жедаем могли прозвать человека, жившего рядом с зарослями чабреца, либо лекаря-травника, либо повара, щедро сдабривавшего еду этой приправой. Эта гипотеза менее популярна, но она показывает, насколько разнообразными могли быть пути образования прозвищ в многоязычной среде Северного Кавказа.

Фамилия образована по стандартной русской модели: суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?»), то есть «сын Жедая». Это типичный пример того, как нерусское по корню прозвище оформилось по законам русской грамматики. Фамилия Жедаевы — не частотная, и её география, скорее всего, связана с районами, где исторически жили адыги и осетины, либо с переселенцами с Кавказа.

В отличие от многих фамилий, где спор идёт между двумя версиями, здесь их три, и ни одна не выглядит натянутой. Самая правдоподобная, на взгляд ономастов, — черкесская («кот» или «курица»), поскольку адыгские заимствования в русских фамилиях региона встречаются чаще осетинских. Но точного ответа, кого именно прозвали Жедаем — ловкого человека, птицевода или травника — без генеалогических изысканий не дать.