Фамилия Жетписов — казахская по происхождению, и её разбор лучше начать не с корня, а с модели образования. Суффикс -ов указывает на русскую адаптацию: в XIX–XX веках при записи в метрики и документы казахские фамилии часто русифицировали, добавляя окончание, типичное для русских отчеств. В самой казахской среде фамилия звучала бы как Жетпісұлы (сын Жетписа) или Жетпісқызы (дочь Жетписа).

Основа — казахское имя Жетпіс (Жетпис). Оно переводится как «семьдесят». В тюркской традиции числительные нередко становились личными именами, и у этого есть бытовое объяснение: так называли ребёнка, родившегося, когда отцу было семьдесят лет, либо седьмого по счёту сына, либо долгожданного мальчика, появившегося на свет в год, когда главе семьи исполнилось семьдесят. Число «семьдесят» в кочевой культуре считалось почтенным, рубежным — возраст мудрости и заслуженного отдыха, поэтому имя несло пожелание долголетия и уважения.

Встречается и версия, что Жетпис — это не числительное, а искажённое арабское имя, но она неправдоподобна: фонетически и семантически «семьдесят» ложится на казахскую ономастику естественно, и в казахском именослове есть параллели — Токсан (девяносто), Жиырма (двадцать). Слабую гипотезу о тюрко-монгольском корне с неизвестным значением ономасты обычно не рассматривают всерьёз.

Географически фамилия Жетписов чаще всего встречается в Казахстане, особенно в южных и западных областях — там, где сильна традиция числовых имён. В России носители фамилии — это потомки казахов, переселившихся в Оренбургскую, Астраханскую или Омскую области. Социальный контекст прост: предки Жетписовых были скотоводами, кочевниками, а после оседания — крестьянами или рабочими; фамилия не указывает на дворянское или казачье сословие.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Жетписов — самый частый вариант, реже встречаются Жетписбаев (с добавлением бай — «богатый») и Жетписов-старшего поколения, где -ов появилось раньше, а не в советское время. Редкость фамилии в том, что она сохранила прозрачную внутреннюю форму: любой казах, услышав «Жетпис», сразу поймёт, что речь о числе, а не о забытом прозвище.