Фамилия Жидкоблинов — редкий пример славянского прозвища, застывшего в суффиксе «-ов». В её основе лежит устойчивое сочетание «жидкий блин». Это не простая кулинарная метафора, а два возможных портрета предка: либо он пёк блины из жидкого теста, то есть был поваром или пекарем, либо прозвище описывало его внешность. В старину блином называли полного, тучного человека, а «жидкий» в паре с ним могло означать худощавого или, наоборот, указывать на противоположность — отсюда ирония прозвища. Первая версия выглядит правдоподобнее: прозвища по профессии встречаются чаще, чем составные описания внешности со словом «жидкий».

Словообразовательная модель проста: прозвище Жидкоблин + патронимический суффикс «-ов», который в русской традиции отвечал на вопрос «чей?» и закреплялся за потомками. Фамилия могла возникнуть в среде, где бытовые прозвища легко вытесняли крестильные имена — в крестьянской или казачьей среде.

Единственный известный носитель, о котором есть документальные сведения, — Василий Иванович Жидкоблинов, донской казак и певец. Это не случайно: на Дону прозвищные фамилии, образованные от бытовых реалий, держались дольше, чем в центральных губерниях. Возможно, корни фамилии стоит искать именно среди донских казаков, где «блин» как прозвище тучного человека тоже встречался.

Фамилия нечастотная, в современных справочниках распределения русских фамилий почти не фигурирует. Это значит, что род мог быть малочисленным или сосредоточенным в одном регионе. Точное время возникновения установить сложно: без архивных записей можно лишь утверждать, что фамилия сложилась не позднее XVII–XVIII веков, когда патронимические фамилии на «-ов» стали массово закрепляться у непривилегированных сословий.