Фамилия Журляк — один из тех случаев, когда прозвище, данное человеку, застыло в суффиксе и дошло до наших дней. В её основе лежит не имя, не профессия, а, скорее всего, внешняя или поведенческая черта: глагол «журчать» или родственное ему звукоподражательное «жур-жур». Прозвищем Журляк могли наградить человека, который говорил негромко, монотонно, словно бормотал или «журчал» себе под нос, либо того, кто постоянно ворчал, но беззлобно, как ручей.

Суффикс -як — один из продуктивных славянских суффиксов для образования прозвищ. Он указывает на носителя признака: «журляк» — тот, кто журчит. В украинской и белорусской традиции этот суффикс встречается особенно часто (сравните: Скоробогатко — Скоробогатяк, или просторечные формы вроде «гуляка»). Это даёт сильную географическую привязку: фамилия Журляк, скорее всего, сформировалась на землях современной Украины или юго-запада России, где такие модели словообразования были нормой.

Менее вероятная, но допустимая версия связывает фамилию с диалектным словом «жур» — так в некоторых говорах называли кислое тесто, закваску, а иногда и самого человека, который «киснет», ходит хмурым. В этом случае Журляк — это «кисляй», «нытик». Однако звуковая близость к «журчать» и широкая употребительность глагола делают первую версию более убедительной.

Интересно, что фамилия не получила распространения среди дворянства или духовенства — она осталась крестьянской, мещанской. Её носители, как правило, были людьми из простонародья, и прозвище закрепилось за ними в документах XVII–XIX веков, когда фамилии активно оформлялись у податных сословий. Встретить Журляков сегодня можно в центральных и южных областях России, а также в восточных регионах Украины.

Примечательна и сама звуковая форма: фамилия короткая, звонкая, с характерным «ж» в начале. Она не перепутается с Журавлёвым или Журбиным — это самостоятельная, редкая модель, которая сохранила в себе живой отпечаток народной речи, где прозвище могло родиться из простого наблюдения за манерой человека говорить или ворчать.