Фамилия Акиндин — редкий случай, когда русская фамилия произошла от прямого церковного имени без уменьшительных суффиксов и народных переделок. В основе лежит каноническое имя Акиндин, которое в святцах носил мученик Акиндин Персидский (IV век). Само имя греческого происхождения: «акиндинос» означает «безопасный», «неуязвимый» или «невредимый».

Модель образования здесь простейшая и архаичная: имя Акиндин целиком стало фамилией. Суффикс отсутствует, что указывает на то, что фамилия могла закрепиться в форме «чистого» имени — без притяжательных окончаний -ов, -ев или -ин. Такое явление встречается в основном у выходцев из духовного сословия или у крестьян, которых записывали по имени отца в родительном падеже, но без наращения: «Иван Акиндин» — то есть сын Акиндина. Позже форма могла застыть и передаваться как фамилия.

В русской ономастике фамилия Акиндин стоит особняком: она практически не имеет однокоренных вариантов вроде Акиндинов или Акиндинский. Это говорит о том, что носителей было мало, и фамилия не «размножилась» через патронимические суффиксы. Скорее всего, предок — человек, носивший редкое крестильное имя, а его потомки сохранили фамилию в исходном виде.

Географически фамилия тяготеет к центральным и южным регионам России, но встречается редко. В дореволюционных справочниках она фиксируется преимущественно среди крестьян и мещан. Никакой связи с дворянскими родами или известными историческими персонажами не прослеживается — это фамилия одного корня, без разветвлений.

Если у ваших предков была фамилия Акиндин, можно предположить, что в роду помнили церковное имя, не переделывая его на бытовой лад. Это отличает фамилию от более частых Акиндиновых, где суффикс -ов указывает на стандартное «чей сын». Акиндин — более прямая и редкая форма, сохранившая звучание греческого первоисточника.

Обратите внимание на суффикс: его отсутствие — главная особенность. В русской системе фамилий подавляющее большинство образовано через -ов/-ев или -ин («чей?»). Акиндин обходится без этого, что сближает её с фамилиями духовенства, которые часто брали из святцев в чистом виде. В словаре Б. Унбегауна такие случаи описаны как «искусственные» или «семинарские», но здесь, скорее всего, обошлось без книжной выдумки: имя просто не успело обрасти суффиксом, потому что оставалось редким. Сравните с однокоренной, но более поздней формой Акиндинов — она встречается чаще и как раз показывает стандартный путь развития. Акиндин же застыл в исходнике, и это делает его ценным для ономастики как пример живой архаики.