Фамилия Алыбина с первого взгляда кажется типичной «матронимической» — образованной от женского имени. Суффикс -ин в русских фамилиях обычно отвечает на вопрос «чей?»: «Алыбин» — сын или потомок некой Алыбы. Но вот загвоздка: имени Алыба ни в святцах, ни в быту практически не существовало. Загадка, которую не решить одним взглядом.

Здесь начинается самое интересное. Скорее всего, в основе лежит не имя, а прозвище. В русских говорах слово «алыба» или «алыб» могло означать неловкость, неуклюжесть, а иногда, наоборот, упрямство — от тюркского «алып» (богатырь, силач). Есть и более прозаичная версия: искажённое «алыча» — человек, торговавший этой ягодой или любивший её.

Таким образом, Алыбина — это не «дочь Алыбы», а скорее «жена Алыбы» или «дочь Алыбы», где Алыба — прозвище главы семьи. Фамилия могла закрепиться за женщиной, если она была вдовой или если прозвище мужа стало родовым через неё. Такая модель (женская фамилия от мужского прозвища) встречается реже патронимической и придаёт фамилии особый оттенок.

Встречается фамилия преимущественно в центральных и южных регионах России, особенно в бывших казачьих областях, где тюркские заимствования приживались легче. В дореволюционных метриках Алыбины — чаще крестьяне или мещане, без ярко выраженного сословного «потолка». Интересно, что ударение в фамилии плавающее: где-то говорят Алыбина, где-то Алыбина — и оба варианта имеют право на существование, хотя первый (с ударением на «ы») считается более старым.

Словом, фамилия Алыбина — не простая «дочка Ивана», а свидетельница сложных языковых контактов и живой народной этимологии.